Читаем Тор. Трилогия полностью

  Не знаю, кто был главным командиром тофферов, но я понимал, каким он видел бой и как его распланировал. После уничтожения миноносцев мы медленно сближаемся и обмениваемся залпами. В итоге начинается мясорубка, во время которой, при помощи наземного дивизиона противокосмической обороны, они измотают нас и нанесут такие потери, что мы будем вынуждены отступить. Вот только он ошибался, переоценил собственные возможности и недооценил наши. Значит, обязан за это расплатиться, потерянными кораблями и жизнями своих товарищей.

  Бой продолжался. Вражеские корабли, даже удирая, отстреливались и выбрасывали в космос торпеды и ракеты. Тофферы еще могли огрызаться, и свое веское слово сказали наземные силы пиратов. Наши приборы зафиксировали одновременный старт двенадцати ракет "земля-космос" класса "Гур-Н". Это мощный довод в любой битве и мы тоже теряли боевые единицы. Один из линкоров, получив в борт ракету с термоядерной боеголовкой, за пару секунд выгорел изнутри. Два эсминца не смогли увернуться от торпед. Крейсер "Дракула", дорамских ВКС, от двух снарядов переломился пополам.

  Все это потери. Вот только по сравнению с вражескими, они были на порядок меньше. И снова в бой вступили "москиты". Авианосцы выпустили своих "птичек" и они показали, на что способны. Торпедоносцы и штурмовики, перемещаясь эскадрильями, устремились в погоню за бегущими тофферами. А перехватчики начали движение к планете, дабы наказать вражеских ракетчиков за меткую стрельбу. После чего бой рассыпался на несколько очагов.

  Два республиканских линкора зависли на орбите и, по наводке перехватчиков, которые натолкнулись на заградительный огонь зенитных артавтоматов, нанесли удар по дивизиону ПКО. В другом месте шесть крейсеров и фрегаты "аргонавтов" окружили четыре потерявших ход рейдера и уничтожали их. Еще в одной точке замерли сразу три вражеских эсминца, судя по докладам с кораблей РЭБ, это их заслуга, и я направил на штурм десантные боты головорезов Дымова.

  В общем, на разгром тофферов понадобилось сорок семь минут. Дело практически сделано. Но удовлетворения не было. "Розалинда" и эсминцы сопровождения ушли. Они набрали необходимую скорость и нырнули в гиперпространство. Теперь ищи ветра в поле. Даже если организовать за беглецами погоню, все равно она будет отставать на один шаг.

  - Черт! - мой кулак ударил по подлокотнику.

  Командный состав "Вестгота" и Васильев, который находился в соседнем кресле, обернулись. Наверное, они понимали меня, но промолчали. После чего я повернулся к начальнику штаба и сказал:

  - Илья Александрович, принимай командование флотом.

  - Есть, принять командование, - он кивнул, переключил на себя "Мастера" и спросил: - А ты куда?

  - Мне нужен вражеский командующий. Очень хочется узнать, почему Ноймарк сбежал.

  - Понимаю тебя. А погоню за "Розалиндой" пошлешь?

  - Обязательно. Но не своих "аргонавтов", а кого не жалко.

  - Пиратов.

  - Да.

  - Одобряю.

  Васильев кивнул и сосредоточился на управлении флотом, а я покинул ходовой мостик и, прихватив с собой Ломова, бегом направился к десантному боту.

Глава 18.

  Вражеского командующего взять не удалось. Его звали Торфин Агостин, он имел титул графа, присвоенный ему лично Орландо Таги, и погиб на своем корабле, дальнем рейдере "Канопус". Зато уцелели его заместители и друзья, которые попали в плен и после короткой беседы с Ломовым, рассказали все, о чем знали или только догадывались. Заметьте - без применения психотропных препаратов, полнейшая искренность только за счет физического воздействия. Так что картину происходящих событий со стороны противника я восстановил уже через пару часов.

  Флот тофферов вышел в точку сосредоточения десять суток назад, соединился с остатками отряда, под командованием Ноймарка, и начал готовить базу. А попутно наемники Таги стали решать, куда и какими силами ударить, дабы причинить империи наибольший урон. Кажется, дело простое. По крайней мере, для меня. Собрал данные, обработал, составил план, обсудил его с близкими людьми и послал корабли в бой. Но у тофферов все сложнее. Они очень редко работали крупными соединениями, и командующий был выборным. Первым среди равных. Поэтому взаимодействие было отлажено очень плохо. Каждый экипаж хотел свободы, чтобы не делиться добычей с "друзьями", и это вызвало споры. А помимо Агостина в составе флота находились представители верховного босса и заказчика, гвардейцы Орландо Таги, и они тоже имели право голоса.