Убитые арестанты были одеты не в тюремную униформу, а, как и говорил генерал, в обычную гражданскую одежду. На вышке стоял тип тоже в гражданском: серая рубашка, джинсы. В чем брали, в том в «Мираж» и доставили. Поэтому на этот счет переживать не приходилось. Войдут и не сразу разберутся, в чем дело. Да и кто ждет диверсантов изнутри «Миража»? Огорчало другое. Состав караула набирался по очереди из числа всех арестантов. Видимо, из числа простой «пехоты» и безродных чужаков. Однако эта смена находилась на службе уже половину времени. А это значило, что старший знал в лицо всех, кого водил на посты и кого с постов возвращал для отдыха. Как бы то ни было, если смены велись по уставу, а менять годами отработанные правила нужды не было, старший в этом караульном помещении сводил бандитов на вышки уже по два раза. В любом другом случае Стольников назвал бы его начальником караула или помощником оного, но речь шла об убийцах, зарекомендовавших себя садистами. Поэтому просто: «старший».

Тем не менее встречать смену придется. Значит, это снова рукопашная. Стрелять Саша запретил. После первого же выстрела их миссия оказалась бы невыполнимой…

Пяти минут группе хватило, чтобы стащить трупы в комнату отдыха, замыть кровь и расположиться на местах, которые ранее занимали бандиты. В караульном помещении была раковина и даже кулер, швабра, тряпка, так что управились быстро. Бросив швабру в комнату отдыха, Ключников набрал в пластиковый стаканчик воды, выпил и швырнул туда же.

— Ну, тут попроще будет… — и, взмахнув рукой, он вонзил в столешницу два ножа.

Взяв один, Стольников улыбнулся.

— Кажется, кто-то из конвоиров протащил в крытку чей-то подарок. Татарин, держи!

Айдаров на лету поймал нож за рукоятку, осмотрел. Нож был самодельный, но сделал его мастер, любящий свое дело. Лезвие — из легированной стали, таким можно бумагу на лету резать. Рукоять — из множества склеенных и обточенных на станке кусков холстины.

Второй нож капитан отдал Ключникову.

— Меня это на мысль навело, — пробормотал он, сидя на стуле и глядя на пустую пока дорожку, ведущую от здания тюрьмы. — Если сюда можно протащить неуставной нож, тогда, наверное, можно протащить и что-то другое? А раз так, то и на волю можно вытащить что-то, что запрещено, верно? Ждан, бывали случаи проноса предметов из тюрьмы и в тюрьму?

— Бывали, конечно. Но все это пресекалось.

— Да, конечно, — улыбнулся Саша. — Значит, носят часто. Просто ловят не всегда.

— А что тебя смущает в этом? Всегда конвой таскает в зоны что-то нужное зэкам и вытаскивает что-то, что нужно конвою. Так было всегда на зонах и всегда будет.

— Раз так, — Стольников поднял взгляд на Ждана, — то не такая уж это и секретная тюрьма, верно, полковник? И где гарантия, что малява из чьих-то рук не проскользнула через все кордоны в руки тем, кому предназначалась?

— Ну а в данном-то случае тебя что смущает?!

— Ничего. Просто факт констатировал. В свете появления в «Мираже» группы активистов во главе с Ириной Зубовой. Такое впечатление, что их ждали, нет?..

Видя, что Ждан задумался, Саша бросил взгляд на монитор и напрягся.

— Внимание.

Бойцы заняли свои места.

На экране было видно, как из здания вышел бандит, а за ним, точно привязанные, спешили двое. Все трое держали автоматы в положении «на ремень».

«Если на вышке часового он уже сменил, то направляются они напрямки сюда. Если нет, то пойдут к вышке».

Пришлось ждать еще целую минуту: начальник караула повел парочку к вышке. Когда часовой спустился, его место занял один из тех, что явился с начальником караула. Отстоявший смену присоединился к группе.

— Все, — поставил точку Стольников. — Через минуту они войдут. Двое после смены, уставшие, старший тоже нагулялся. Реакции не ждите. Но убирать всех нужно быстро и снова без шума. Тогда в нашем распоряжении будет целых два часа.

Он не сводил глаз с монитора.

— Если никто не захочет связаться с начальником караула по рации. Если же кто-то на связь выйдет — тогда не более двадцати минут… Все готовы?..

Клацнули замки на дверях, ведущих в караульное помещение. Оставалась последняя дверь…

Стольников сидел за столом, смотрел на нее из-под бровей и думал о том, что прошло одиннадцать лет, а ничто не изменилось. Даже привычка добивать. Ничего…

И клацнул замок на двери в двух метрах от него…

Глава 6