Читаем Том 9 полностью

Сообщая своим читателям эти ошеломляющие цифровые данные, «Times» разразился настоящим дифирамбом, заключив его словами: «Все мы счастливы и едины!» Но не успела газета громогласно возвестить об этом отрадном открытии, как во всей Англии, и особенно на ее промышленном севере, почти повсеместно вспыхнула целая серия забастовок, образуя довольно странное эхо к той песне о гармонии, которую распевал «Times». Эти забастовки явились необходимым следствием относительного уменьшения числа избыточных рабочих рук, совпавшего с общим вздорожанием предметов первой необходимости. 5000 человек забастовало в Ливерпуле, 35000 — в Стокпорте и т. д. Дело дошло даже до того, что забастовочная эпидемия проникла в среду самой полиции, и в Манчестере 250 констеблей подало в отставку. Это окончательно вывело из себя буржуазную печать, например газету «Globe»[123], и побудило ее отбросить свои обычные филантропические излияния.

Она клевещет, бранится, грозит и даже открыто призывает муниципальные власти к вмешательству, — что уже на деле имело место в Ливерпуле, — во всех случаях, когда для этого можно найти хотя бы малейший законный повод. Эти муниципальные власти, если даже они сами не являются фабрикантами и торговцами, как это обычно бывает в Ланкашире и Йоркшире, во всяком случае тесно связаны с деловыми кругами и зависят от них. Они дали возможность фабрикантам уклоняться от выполнения закона о десятичасовом рабочем дне, обходить закон, запрещающий оплату труда товарами[124], и безнаказанно нарушать все другие законы, специально изданные для обуздания «неприкрытой» алчности фабриканта; в то же время закон о союзах[125] они всегда толкуют в наиболее пристрастном и неблагоприятном для рабочих духе. Те самые «рыцарственные» фритредеры, которые известны как неутомимые противники правительственного вмешательства, эти апостолы буржуазной доктрины laissez faire, проповедующие свободную игру частных интересов при любых обстоятельствах, всегда первыми взывают к вмешательству правительства, как только частные интересы рабочего сталкиваются с их собственными классовыми интересами. В моменты таких столкновений они взирают с откровенным восхищением на континентальные государства, где деспотические правительства хотя и не допускают буржуазию к власти, но зато, по крайней мере, не позволяют рабочим оказывать сопротивление. Каким образом предполагает использовать теперешний крупнейший конфликт между хозяевами и рабочими революционная партия, лучше всего ознакомит вас следующее письмо, присланное мне лидером чартистов Эрнестом Джонсом накануне его отъезда в Ланкашир, где предполагается начать кампанию:

«Дорогой Маркс!