Читаем Тоётоми Хидэёси полностью

Одновременно Хидэёси приказал ликвидировать замки феодалов, эти опорные пункты, где концентрировались феодальные войска и куда отовсюду стекались, спасаясь от жестоких притеснении властей, огромные массы крестьян, ремесленников, разного иного трудового люда. Он выдвинул обязательное условие: «В одной провинции — одни замок». На практике это означало, что каждому местному даймё разрешалось отныне владеть только одним замком, что, несомненно, ослабляло военную мощь местных феодалов и давало возможность установить более жесткий контроль за их деятельностью со стороны военной администрации Хидэёси. И хотя внешне мера выглядела вполне пристойной, не ущемлявшей как будто достоинство даймё и не стеснявшей их права, на самом же деле она ставила князей под контроль, облегчая Хидэёси организацию системы постоянной слежки за ними.

Если в одной провинции должен быть только один замок, принадлежащий местному феодальному властелину, то и в стране, считал Хидэёси, следует иметь одни главный замок, но такой, чтобы он олицетворял собой могущество и величие новой власти, представленной его личной диктатурой. Именно таким виделся ему замок, который возвышался бы над всей страной как символ силы и славы нового военного диктатора.

Местом для строительства был избран Осака. Выбор не был случайным. Сыграло свою роль не только выгодное географическое расположение города, места пересечения сухопутных и водных путей, но и близость моря, открывавшая прекрасные перспективы для развития внешних связей. На выбор именно этого края повлияли, очевидно, и еще два немаловажных обстоятельства.

Здесь находился знаменитый храм Исияма секты Икко, приверженцы которой относили себя к числу самых верных и стойких поклонников Будды. Основатель храма бонза Рэнънё был восьмым по счету настоятелем столичного храма Хонгандзи, считавшегося начиная с XIII века одним из влиятельнейших и могущественнейших буддийских храмов в Японии. После того как в конце XV века было завершено строительство храма Исияма, который являлся как бы филиалом, своего рода ответвлением храма Хонгандзи, Рэнънё перебрался на постоянное жительство в Осака и стал настоятелем нового храма.

За короткое время вокруг храма Исияма возник настоящий город, в котором селились главным образом последователи секты Икко. К середине XVI столетия храм представлял собой грозную силу, с которой вынуждены были считаться не только соседние феодалы, но и центральная власть. Он располагал огромной по тем временам армией. Храм и прихрамовой город были так хорошо укреплены, что войска Ода Нобунага, который вел решительную борьбу с буддийским духовенством, понесли тяжелые потери, прежде чем им удалось сломить упорное сопротивление защитников храма, этого едва ли не главного оплота буддизма в то время. Целых десять лет понадобилось ему, чтобы подавить этот очаг оппозиции. Храм и расположенный вокруг него город были сожжены дотла.

В том, что Хидэёси решил построить свой замок на том самом месте, где некогда красовался знаменитый буддийский храм, был заключен определенный смысл. С одной стороны, он хотел, очевидно, продемонстрировать свою верность идее и делу объединения страны, свою непоколебимую решимость смести с лица земли всех тех, кто попытается преградить ему путь к заветной цели. С другой стороны, Хидэёси намеревался лишний раз доказать, что для него все возможно и все доступно: воздвигаемый замок должен был не только ни в чем не уступать буддийскому храму, которым некогда любовались все, но и превзойти грандиозностью и великолепием его и все то, что когда-либо сооружалось в Стране восходящего солнца и что можно было лишь представить в воображении.

Выбирая Осака в качестве постоянной резиденции, обосновывая здесь фактически новый военно-политический центр страны, Хидэёси учитывал, очевидно, и то обстоятельство, что здесь находилась одна из первых столиц древнего японского государства — Нанива, как в ту пору именовался Осака. Это поселение в устье реки Ёдогава известно с конца IV века, когда император Одзин построил здесь первый в стране Ямато «город», в центре которого возвышался императорский дворец, окруженный валами и рвами[219].

Хидэёси рассчитывал на то, что выставляемая напоказ деятельность, чуть ли не исторически обусловленная, должна была еще больше укрепить его авторитет и популярность как ревностного хранителя древних традиций и обычаев.

Связь с прошлым, стремление найти своим действиям исторические аналогии, оправдать собственные позиции ссылками на исторические события и поведение выдающихся исторических деятелей — давняя японская традиция, прочно сохраняющаяся и в наши дни.

Перед тем как приступить к строительству замка, Хидэёси решил переместить Икэда Цунэоки, во владение которого по решению совещания в Киёсу переходил Осака и вся прилегающая к нему территория, в другое место, в город Огаки. Это было сделано под тем предлогом, что шло общее перераспределение владений между феодалами, задуманное Хидэёси как мера по усилению их зависимости от его правительства.