Читаем Тьма полностью

– Правильно, совершенно верно, – согласилась бабушка. Дождалась, пока все они выйдут из комнаты, в том числе Лай, которому надо было выключить гирлянды, а потом проводила их вниз по лестнице.

Выйдя в патио, девушки остановились, не зная, как лучше попрощаться.

– Благодарю вас, – наконец сказала Хэйли. Поглядела на старую леди. – За чай.

– Ага, спасибо, – сказала следом за ней Линетт. Поглядела на Лая Вагала, стоящего в дверях. Идущий сзади свет превратил его в черную тень, а концы его черных волос отливали золотом. Он кивнул ей, но ничего не сказал. Однако когда они уже начали спускаться по склону, освещенному слабым блеском луны, то услышали его голос, тихий и настойчивый.

– Возвращайтесь, – сказал он.

Миновали два дня, прежде чем Хэйли решила навестить Линетт. После обеда села на велосипед и поехала по длинной и разбитой грунтовой дороге, уворачиваясь от бабочек-капустниц и саранчи, искоса поглядывая на «Царство Божие» на изумрудном холме. Еще не доехав до домика, она поняла, что Линетт там нет.

– Хэйли; Заходи уже.

Аврора стояла в дверях, и ее сигарета чертила в воздухе замысловатые синие узоры. Она жестом позвала Хэйли. Девушка привалила велосипед к сломанным стеблям подсолнухов и шпорника рядом с домом и пошла следом за Авророй.

Внутри было темно и холодно, пол из песчаника, казалось, морозил даже сквозь подошвы кроссовок. «Интересно, – подумала она, – как Аврора может ходить тут босиком?» Но она так и ходила, маленькими грязными ногами с ногтями, выкрашенными ярко-розовым. На ней была короткая черная хлопчатобумажная туника, перетянутая поясом чуть выше узких бедер. Иногда она исполняла роль и дневной одежды, и ночной рубашки. Похоже, поняла Хэйли, сегодня один из таких дней.

– Чаю?

Хэйли кивнула, присаживаясь на кухне на старенький стул с наборной спинкой и делая вид, что увлеченно смотрит старый номер журнала «Дайэри Гоут». Аврора прошла от буфета к раковине, а потом к плите несколько неуверенно и, наконец, дала Хэйли кружку чая, тут же плюхнувшись в кресло у окна. Запах можжевельника из кружки Авроры перешибал аромат бергамота от заваренного чая. Отпив джина, она поглядела на Хэйли взглядом опухших глаз.

– Вы познакомились с Лаем Вагалом…

Хэйли пожала плечами и поглядела в окно.

– У него был Валентин, – наконец ответила она.

– И до сих пор есть. Чертова тварь вчера опять убежала. Линетт пошла за ним вчера вечером и не вернулась.

Хэйли почувствовала укол совести. Будто предала подругу. И спрятала лицо за кружкой с чаем.

– Ой, – только и ответила она.

– Ты должна пойти и забрать ее, Хэйли. Ради меня она не вернется, так что дело за тобой.

Аврора попыталась сказать это с легкостью, но Хэйли уловила в ее голосе отчаяние. Поглядела на Аврору и нахмурилась.

«Ты же ее мать, ты за ней и иди», – подумала она.

– Она вернется. Я туда схожу, – сказала она вслух.

Аврора покачала головой. Она до сих пор носила волосы до плеч, прямые, как иголки, но уже не осветленные, а черные вперемежку с седыми, и они упали ей на лицо полосами.

– Не станет, – сказала она и сделала хороший глоток из кружки. – Он заполучил ее и теперь не захочет отдавать.

Ее голос задрожал, и из глаз потекли слезы вперемежку с тушью.

Хэйли прикусила губу. Она к такому привыкла. Иногда, когда Аврора была пьяна, она и Линетт относили ее в кровать, накрывали потрепанным фланелевым одеялом и убирали подальше сигареты и спички. Линетт очень стеснялась этого, но Хэйли это ничуть не затрудняло, как не затрудняло иногда помыть посуду, сделать на всех горячие бутерброды с сыром или гренки. Съездить на велосипеде в «Шеллинге Маркет», чтобы купить льда, когда тот заканчивался. Протянув руку к буфету, она зачерпнула в чай еще ложку меда.

– Хэйли. Хочу тебе кое-что показать.

Девушка ждала, пока Аврора проберется по узкому коридору к себе в спальню. Услышала, как с грохотом открываются и закрываются ящики стола, а потом громкий глухой стук сундука, стоявшего у кровати. Через пару минут Аврора вернулась с огромной книгой в руках.

– Я тебе это никогда не показывала?

Она потопала в коричневый полумрак гостиной, с потрепанными коврами и сломанным ситаром, походившим на огромную разбитую тыкву-горлянку у штукатуренной стены. Хэйли шла следом, вплотную. У двери в своем шаровидном аквариуме повисли жабы, их бледные брюшки отливали золотом в свете заходящего солнца. На полу было ромбовидное пятно солнечного света. Аврора положила туда книгу и повернулась к Хэйли.

– Не показывала? – снова спросила она, несколько неуверенно.

– Нет, – солгала Хэйли. На самом деле она уже, наверное, дюжину раз видела этот альбом за несколько лет. Розовая пластиковая обложка с отваливающимися от нее цветами «Дэй-Гло», внутри которого были вырезки из газет и журналов – мягкие на ощупь, будто мех.

Аврора придвинула альбом к ней.