— Нужно поспешить, — сказала я, скидывая остатки дремы и хватая оставленную у кровати рубашку. — Я провожу тебя, покажу, где есть проход. На главных воротах слишком много охраны.

   Анни кивнула. Я натянула все тот же костюм для конных прогулок, который вчера смогла при помощи магии привести в приличный вид. Если меня застанут слуги, скажу, что захотелось прокатиться на заре. И изображу искреннее изумление, когда не обнаружу в стойле любимую лошадь.

   Вернуть Опал в поместье мы уже не успевали, поэтому Анни обещала на время передать ее одному хорошему знакомому.

   Идти обратно на кладбищу сразу ночью виделось мне самоубийством. И когда Анни, выслушав мой рассказ, захотела сразу забрать Опал, мне пришлось долго уговаривать ее остаться и дождаться рассвета.

   Я вернулась домой с полной уверенностью, что у меня хватит сил выставить друидку за порог, и... так и не смогла это сделать. Но я не стала скрывать, что иметь дел с некромантом больше категорически не желаю.

   Анни восприняла новости о размолвке спокойно, словно речь шла о существовании какого-то не зависящего от нас явления, как дождь за окном или слишком ветреная погода.

   — Наш с тобой уговор вне ваших с Идвином отношений, — дернула плечами она.

   Так бы она сказала и если бы действительно пришла сюда с целью шпионить, но с этим я решила разобраться позже. Сейчас меня волновала только судьба Опал, которую необходимо было забрать как можно скорее.

   Мы вышли из моих комнат, тихонько прикрыли дверь и на цыпочках устремились вниз. Чувство смерти, посетившее во сне, продолжало давить на горло, и я никак не могла от него отмахнуться.

   Чем ниже мы спускались, тем сильнее оно нарастало. Дурные предчувствия сжали сердце, и я ускорила шаг, желая как можно скорее выйти из дома, чтобы свежий воздух помог избавиться от дурноты.

   Черный ход был закрыт, но ключи кухарки лежали на своем привычном месте. Едва я вышла, придерживая для Анни дверь, как ощутила мертвенный холод, точно такой же, какой обычно пробирал меня на кладбище.

   Я повернулась и зажала рот рукой, чтобы сдержать рвущийся наружу крик.

   Больше не было нужды идти за Опал. Она была здесь.

   Колени подогнулись, и я рухнула на ступени, отказываясь верить в то, что вижу.

   Лошадь поломанной игрушкой лежала на боку, мертвые глаза смотрели блеклым жемчугом. Трава почернела от свернувшейся крови под распоротым брюхом, шея пересекала столь глубокая рана, что голова казалась почти отделенной от тела.

   Я чувствовала, как Анни пытается меня поднять. Дыханье сперло, я едва могла вздохнуть. Из горла вырвались короткие хрипы, а глаза заволокло пеленой жгучих слез.

   Затем Анни вдруг отпустила мою руку, отступила и исчезла. Я вздрогнула и запоздало уловила приближающийся стук каблуков по дорожке.

   Ритмичный звук оборвался, и я обернулась. Наш дворецкий стоял совсем рядом, и я едва смогла узнать перекошенное от ужаса лицо Грауля.

   Тонкий вопль разорвал сонную тишину поместья.

***

— Охрана, что стояла на входе, убита, — потерянно сказала Анни, теребя подрагивающей рукой штору и стараясь не смотреть в окно.

   Девушка уже переоделась в платье, на которое несколько минут ранее едва не опрокинула поднос с успокоительным, что наказала подать мама. Сама маменька вместе с отцом в гостиной разговаривала со срочно вызванным представителем правопорядка.

   Тело Опал, которое, как оказалось, находилось прямо под окнами моей спальни, пока не убрали. Я лежала на кровати, не в состоянии шелохнуться.

   — Их всех умертвила некромантия?..

   Я уже не боялась произнести это вслух.

   — Нет, — качнула головой Анни. — Слуги говорят, что бедняг убили без видимых следов применения магии, только раны от холодного оружия… Все произошло за пару часов до рассвета, одна из девушек на первом этаже примерно в это же время слышала странный шум, но не стала вставать с постели.

   — Но это точно сделали Голоса. Больше некому. — Я поджала ноги и обхватила их руками. — Они убили мою Опал. Они убили моих людей. Они были совсем рядом, так близко, что им уже не составило бы проблем убить и меня. Но они не сделали это. Почему?..

   Я смахнула вновь проступившие слезы. Только необходимость размышлять, о том, что все это значит, не давала мне впасть в истерику.

   — Голосам нет смысла тебя убивать, ты нужна им живой… во всяком случае, в каком-то виде, — Анни нервно улыбнулась, и эта улыбка исказила ее лицо. — А еще, раз уж они проникли сюда, то могли не тратить время на демонстрацию силы, а вновь попытаться обратить тебя в драурга.

   — Возможно, весь ритуал занял бы больше времени, чем у них было. Трудно сказать, что руководит этими безумцами, — я закусила губу. — Но смерть Опал — это предупреждение. Они доберутся и до моих близких, если я по-хорошему не подчинюсь их воле.

   Анни сделала шаг и осела в кресле. На ее лице не было и кровинки. Я почти физически ощущала боль, которой дышало ее тело от осознания смерти живого существа. Каким бы взглядам не придерживалась Анни, ей, как служительнице Брианны, сложно пережить нечто подобное, встретиться с этим лицом к лицу.