Читаем Тишина полностью

За ними начинался лес. Даже та часть поселения повстанцев, что я сейчас увидела, а это была именно часть, была очень большая для тайной организации, как их ещё не накрыло Общество оставалось для меня загадкой. Мы шли, углубляясь в лес пока голоса не стихли за нашей спиной, уступая место щебету птиц и шуму жителей леса. Любимый подвёл меня к повалившемуся дереву и сел на него, я пристроилась рядом. Здесь было хорошо, тихо и спокойно. Мы долго сидели молча, без движения просто наслаждаясь природой. Я искоса поглядывала на супруга, он смежил веки, расслабился, недовольно-настороженное выражение исчезло и его лицо озаряла спокойная улыбка. Я вздохнула, отгоняя от себя истому, надо было расставить все точки над «и».

— Так, давай с начала, — я заскрипела ручкой по бумаге, — правильно ли я понимаю, что ты меня любишь? — протянув ему, блокнот я наблюдала за тем, как он читает.

— Да.

— И ты, ничего не сказав, бросил меня в селе, потому что думал, что так будет лучше для меня?

— Да.

— Отлично! — во мне начала закипать злость, — а ты не допускал мысли, что стоит для начала спросить меня — чего я хочу? Не подумал, что тебя будут искать? Что я, по-твоему, должна была делать, когда в дом завалились непонятные люди и начали меня избивать? Они требовали, чтобы я поведала, где мой муж! Я так испугалась! Сначала я думала пойти к директору фермы и рассказать всё ему, но он бы мне не поверил. Такой ситуации просто не могло быть в Обществе! Мне показалось, что все решат, что я сошла с ума и отправят в Лагерь. Я не боялась его тогда, но в то же время понимала, что во мне нечего исправлять. Но если я буду говорить правду, мне никто не поверит, я с тем же успехом могла рассказывать, что видела летающую собаку. Да я сама себе не верила! И я решила убежать, просто потому, что другого логического выхода придумать не получилось. У меня не было желания отправляться на исправление, я боялась тех, кто пришел ко мне, и совсем не хотела с ними встречаться, идти к кому-нибудь и ждать, что они найдут меня снова и те люди подтвердят мои слова, удовольствие сомнительное. Эдак мне по всем соседям надо было ходить, чтобы все признали мои речи истинной, а от того что поверили в селе не значит, что так отреагировали бы где-то ещё. Ведь я считала, что всё наше Общество такое же правильное, как и наша деревня! Я собрала всё самое дорогое и сбежала. Поначалу я просто сбежала, но потом у меня сформировалось чёткое желание найти тебя. У меня было множество вопросов, и я была уверена, что ты дашь мне на них ответ. Да, конечно, я получила много информации пока шла сюда. Даже больше, чем хотела! Мой мир рассыпался на кусочки, и я не представляю, как его собрать обратно. Я слушаю то, что мне говорят, я смотрю на то, что вижу, но всё равно, мне не верится в реальность происходящего! Зачем ты остался дома? Насколько было бы проще, если бы я жила так как жила! Мой мир бы остался навсегда идеальным!

Когда муж читал эту тираду, я наблюдала все его чувства, написанные на лице, как в раскрытой книге: расстройство, злость на тех людей, что пришли в нашу хату, и уныние от моих последних фраз. Я никогда бы такого не сказала, не будь я так зла на всё сущее из-за того, что он оказалось не таким, каким я его себе представляла. Когда муж закончил лицо его, потеряло всякое выражение, казалось, что это лик каменной статуи.

— Да, наверное, ты права. Мне не стоило создавать с тобой ячейку, — в его речи звучал металл, — я очень виноват, что испортил твою жизнь и не могу всё вернуть обратно. И, чёрт возьми, я даже не разумею, как её чуть-чуть исправить.

Злость, выплеснутая на бумаге, отступала. Я вдруг осознала, ЧТО я ему сказала. Каково это услышать от любимого человека слова: «Зачем ты появился в моей судьбе?». Я написала следующую записку и протянула ему.

— Даже если бы ты и попытался что-то изменить, у тебя ничего не получилось. Ты же пытался. Но я выяснила кое-что за то недолгое время, что жила в нашем доме одна. Я не хочу встречать и провожать свои дни без тебя. Ты сложный, иногда пугаешь меня, а здесь и вовсе совсем не такой, каким я тебя помню, постоянно путаешь меня, но ты мой. Одно осознание того, что ты живой и рядом, делает меня счастливой. Я не ведаю, какими ты представляешь наши дальнейшие отношения, но боюсь, чтобы тебе от меня избавиться, тебе придётся меня убить.

Он поднял глаза от моей записки, боже, что это были за глаза! Я никогда не замечала столько эмоций в них. Там была и радость, и боль, и надежда, и тоска — в них была бескрайная вселенная и все эмоции, которые только можно найти на планете. Мы несколько минут смотрели друг на друга, а затем он сгрёб меня в объятья и прижал к себе. Сколько мы так сидели? Мне было хорошо и уютно в его объятьях, я чувствовала, что весь мир где-то там, далеко, есть я и он, а если, не дай бог, что-то или кто-то попытается меня обидеть, Герман защитит меня. Когда он, наконец, ослабил руки, сжимавшие меня, я почувствовала какую-то пустоту.