— Мы обязательно продолжим, — его взгляд стал таким нежным, каюсь, я даже вздрогнула от столь резкой перемены выражения его лица, — к сожалению, не сегодня, у нас небольшие проблемы. Но при первой же возможности мы возобновим наш диалог. Мне очень важно всё, что ты хочешь мне сказать, — его ладонь, большая и слегка шершавая, коснулась моей щеки.

— Ну? — спросила меня мулатка, когда я вернулась к ней. Независимо пожав плечами, принялась мыть посуду, мне нечего было ей сказать, так как сама я окончательно запуталась в наших отношениях.

51

Следующие дни мужчины приходили выдохшиеся, как после тяжёлой работы. Каре становилось всё лучше, но мы чувствовали нервозность, глядя на мордахи двух друзей и слыша какую-то суету сверху. Неужели что-то происходит там, а мы остаёмся в неведении? Неужели Общество нашло и эту стоянку повстанцев?

К вечеру третьего дня, когда мы сидели за ужином, Риши доев свою порцию, тяжело вдохнул и заговорил:

— Тут неподалёку оказался полуразрушенный город. Там не было Лагерей, лишь пара устаревших заводов. Он пострадал, когда в очередной раз делили землю Общества, — мулатка непонимающе уставилась на него, я же запамятовала рассказать ей об этом, настолько я была поглощена своими амурными похождениями, — а ты не знаешь, что нынче у нас не одно Общество, а несколько? — спросил он у неё.

— Нет.

— Да, их теперь несколько, и пару лет здесь проходила граница двух Обществ. Ваше Общество, то в котором вы выросли, оно большее, пыталось защитить этот, свой, городишко. Здесь разразилась битва. Поселение было наполовину разгромлено, оно не раз переходил от одного Общества другому. Я сейчас не возьмусь сказать, чья это земля. По большому счёту она только статус для этих Обществ. Их не интересует, что происходит в городке. Наши ходили проверять его неделю назад. Они не нашли людей, но на одной из фабрик был обнаружен работающий оружейный станок и склад с заготовками. Оружие, которое выпускал этот станок морально устарело, очень давно, но некоторые наши умельцы, на основе старых заготовок, придумали нечто новое и интересное, Общество до такого не додумалось, и мы хотели опробовать их идеи. В общем, пару дней назад, туда отправилась небольшая экспедиция, которая должна была вернуться с готовым оружием, но там на них напали.

Мы с мулаткой боялись дышать, зная, кого можно встретить в подобных местах. От лица девушки отлила кровь, она сидела белая как простыня, я, полагаю, выглядела не лучше.

— Кара, Ася, что с вами? — первым наше состояние заметил любимый, врач приглядевшись тоже переполошился.

— Кара, ложись. Герман уложи Асю на кровать, — я протестующе замахала руками.

— Мы бывали в заброшенном городе, — шепотом пробормотала подруга.

— Ну, они бывают разные, — попытался беззаботно попытался заметить супруг, но голос его звучал жалко. Мулатка только кивнула.

— В нашем были охотники — каннибалы, а в вашем что? — написав я изобразила улыбку, с огромным трудом растянув губы, наверное, это было похоже на оскал.

— Ну да, ну да, — пробормотал Риши и, засунув руки в карманы, дошел до стены и принялся с упоением её изучать, — они, наверное, чем-то похожи… каннибалы ли, жители, живущие там? Разве что, каннибалы-падальщики. Они едят своих собратьев, но только после того как те умирают своей смертью. Но реакция на любых людей, не из их сообщества, весьма агрессивная. Они или убивают, или сажают в клетку… попросту говоря они ждут, пока жертвы сами умрут. Я не понимаю, как за несколько лет десяток человек так сошли с ума? Они с трудом внимают человеческой речи, с ними было двое маленьких детей. Эти существа вряд ли приспособятся к нормальной жизни. Их психика искорёжена. Ко всему прочему они выращенные, а значит не все восстановительные процессы пройдут, так как надо…

— Почему ты так говоришь? — подруга уже пришла в себя.

— Выращенные — недочеловеки, как бы нам не хотелось обратного. У вас некоторые связи в мозгу не просто оборваны, они заблокированы. Выращенному трудно испытывать что-то кроме симпатии и влюблённости. Более сильные чувства, при своём появлении, ломают психику хозяина. Психологическая травма для выращенного — это приговор, обычно она не обратима. Я вижу у тебя проявление сильных дружеских чувств к Асе. Было у тебя что-то подобное к родителям, к любимым?

— Нет.

— Ася, Кара с момента вашего знакомства сильно изменилась?

— Да. Особенно после Лагеря, она стала другим человеком.

— Это защитная реакция организма, он старается хоть как-то спасти рассудок, — не громко молвил врач, прочтя мою записку, — Кара не надо думать, что, говоря это, я отношусь к тебе как-то иначе, чем, например, к Асе. Просто надо понимать, что это особенность твоего организма, как то, что ты не можешь иметь детей, — у подруги из глаз покатились огромные слёзы.

— Теперь точно никогда не смогу, — прошептала она пустыми глазами глядя на врача.

— Что ты имеешь в виду? — я трясла её за руку пытаясь привлечь к себе внимание, когда она, наконец, повернулась, показала вопрос.

— Мне в Лагере удалили все женские органы…