Читаем The Graet Sea полностью

Стало очевидно, что пароходы будут наиболее полезны для перевозки почты, в том числе банковских переводов; иными словами, пароходы могли играть важную вспомогательную роль в торговле, ускоряя скорость платежей и распространение коммерческой информации, а также предоставляя места для пассажиров, которым паровые пакетботы казались более удобными. Французское правительство планировало пароходные маршруты еще в 1831 году, когда пароходы открыли маршрут из Марселя в южную Италию.19 Расписание можно было составить: в 1837 году австрийское правительство заключило контракт с компанией Austrian Lloyd Company, базирующейся в Триесте, на два рейса в месяц из Триеста в Константинополь и Александрию, с посещением Корфу, Патры, Афин, Крита и Смирны и перевозкой монет, почты и пассажиров.20 Четырьмя годами ранее группа страховых страховщиков в Триесте создала организацию, известную как Lloyd Austriaco, взяв название от лондонской кофейни, где в XVIII веке возникла подобная кооперативная организация страховщиков. В 1835 году Austrian Lloyd создал пароходную компанию, понимая, что их работа как страховщиков значительно выиграет от доступа к новейшей информации; 60 процентов акций Austrian Lloyd были приобретены Ротшильдами в Вене, а лондонский филиал банка Ротшильдов помог поставить корабли и двигатели из Англии.21 В 1838 году флот Austrian Lloyd состоял из десяти пароходов, самый большой из которых, Mahmudié, был назван в честь канала, соединяющего Александрию с Нилом, и весил 410 тонн; его двигатели выдавали 120 лошадиных сил. Британский консул в Триесте охарактеризовал флот как "хорошо построенный, хорошо оснащенный и хорошо укомплектованный".22

За пределами Средиземноморья компания Peninsular Steam Navigation Company наладила сообщение из Англии через Гибралтарский пролив; она уже начала специализироваться на пакетном сообщении между Англией и Иберией (это была "полуостровная" часть названия фирмы, которая стала Peninsular and Oriental, или P & O), и взяла в качестве своих цветов красный и золотой флаг Испании и синий и белый флаг Португалии, существовавший в то время. Соперничество P & O с австрийской Lloyd вызывало определенное раздражение: в 1845 году британская компания проложила маршрут через Средиземное и Черное моря до Трапезунда - оказавшись в Черном море, британцы угрожали вступить в дальнейшее столкновение с коммерческими интересами австрийских пароходов, которые курсировали вверх и вниз по Дунаю и вдоль побережья Черного моря.23 Паровое судоходство превратилось в историю успеха: Европейские державы соперничали между собой за господство на торговых путях, и все же соперничество оставалось на редкость мирным: в середине XIX века в Средиземноморье происходили отдельные морские конфликты, но угроза пиратства значительно снизилась после побед американцев и французов на Барбаре, а после войны за независимость Греции столкновения между вооруженными флотами были редки.

Исключением является конфликт, завершившийся победой австрийского флота над недавно созданным итальянским флотом при Лиссе, ныне известной как Вис, в июле 1866 года. После приобретения Венеции Австрией после Наполеоновских войн венецианский флот перешел под австрийское командование, и в течение некоторого времени австрийцы также контролировали флоты в тосканских землях, недолго находившихся под властью Габсбургов. До 1848 года итальянский язык был языком командования на флоте Габсбургов, и большинство моряков были итальянцами, хотя к 1866 году немцы составляли 60 процентов личного состава.24 Флот Габсбургов хорошо управлялся; брат императора Фердинанд Максимилиан, которого впоследствии постигла трагическая судьба в Мексике в качестве императора Максимилиана, занимал пост главнокомандующего с 1854 по 1864 год и оценил преимущества не только паровой энергии, но и железной обшивки корпусов своих кораблей. Флот состоял из парусных кораблей и нескольких весельных пароходов; он заказал шхуны с винтовым приводом, а затем и броненосные фрегаты, которые были особенно дороги - в 1861 году австрийские литейные заводы не справлялись с задачей производства железных листов с достаточной скоростью и в достаточном количестве, и листы приходилось заказывать в долине Луары и вывозить из Марселя в строгой секретности. Двигатели, однако, строились на новом заводе в Триесте, в котором император имел финансовую долю. Он разрешил брату тратить все, что тот считал нужным.25