Читаем The Graet Sea полностью

Поэтому было ясно, что американская торговля со Средиземноморьем никогда не сможет конкурировать по объему с торговлей признанных европейских держав, особенно Франции, которая играла ведущую роль в средиземноморской торговле в конце XVIII века. Тем не менее американская интервенция имела весьма значительные последствия для барбарийских государств, изменив их отношения с немусульманскими морскими державами. Барбарийские войны стали первым этапом в череде событий, которые завершились завоеванием Алжира Францией в 1830 году. Среди главных действующих лиц была семья Бакри, еврейские финансисты, действовавшие из Алжира; помимо финансирования дея, Бакри торговали в направлении Ливорно и поддерживали тесные коммерческие связи с единоверцами на британских базах в Гибралтаре и на Минорке. Их влияние при дворе дея тем более удивительно, что американские наблюдатели признавали, что с евреями в Алжире обращались плохо. Но деи понимал, что может использовать еврейских банкиров в качестве посредников в своих сделках с европейцами, и они были полностью в его власти. Алжирский деи казнил Давида Коэна Бакри в 1811 году, после того как конкурирующий еврейский лидер Давид Дюран, чьи предки прибыли с Майорки после погромов 1391 года, безжалостно обвинил его в измене. Дюран надеялся занять почетное место Бакри, но вскоре его постигла та же участь.

Таким образом, небольшая элита еврейских семей оставалась близка к дею, время от времени вызывая враждебные комментарии со стороны таких деятелей, как американский консул в Тунисе Уильям Итон.21 В 1805 году Итон обратился с воззванием к жителям Триполи, сообщив им, что американцы оказали поддержку сопернику, претендующему на пост башау. Он умолял их понять, что американцы - это "люди всех наций, всех языков и всех вероисповеданий", живущие "на самых крайних пределах Запада". Нынешний башау Юсуф Караманли, по его словам, был "подлым и лживым предателем, командующий флотом которого - пьяный ренегат, а главный советник - хваткий еврей". Командующий флотом, Мурад Рейс, был ярым антиамериканцем; он прибыл в Алжир под именем Питера Лайсла, шотландца, увлекавшегося спиртным, обратился в христианство и женился на дочери башау, не отказавшись, однако, от крепких напитков.22 "Будьте уверены, - писал Итон, - что Бог американцев и магометан один и тот же; единый истинный и всемогущий Бог".23 Тунис и его соседи показались ему непроницаемым миром. Однако в одном смысле он был просветительским. Он усомнился в справедливости рабства, увидев белых и черных рабов, которыми изобиловала мусульманская Северная Африка:

Угрызения совести охватывают всю мою душу, когда я думаю о том, что это всего лишь копия того самого варварства, которое я видел в своей родной стране. И все же мы хвастаемся свободой и естественной справедливостью.24