Читаем The Graet Sea полностью

Во времена Бенджамина Тудельского Барселона все еще оставалась "маленьким и красивым городом", хотя он утверждает, что в 1160 году ее посещали купцы из Италии и со всего Средиземноморья.3 Однако это была низшая точка в судьбе города, поскольку если и был какой-то испанский город на берегу Средиземного моря, который в XI веке казался на грани расцвета, то это была христианская Барселона.4 При ее энергичных и воинственных графах, которым нравилось угрожать и совершать набеги на мусульманские королевства, разбросанные по югу Испании, поступала огромная дань, которая накачивала экономику золотом и побуждала процветающих бизнесменов вроде Рикарта Гильема вкладывать деньги в виноградники, сады и другую недвижимость на западной окраине Барселоны (недалеко от современной улицы Рамбла). Рикарт, сын кастеляна, был восходящей звездой Барселоны: в 1090 году он сражался с беспокойным наемником Эль Сидом и ездил в мусульманскую Сарагосу, чтобы обменять серебро на золото. Но первый расцвет Барселоны был недолгим, за ним последовала долгая зима; выплаты дани прекратились в конце XI века после того, как Альморавиды утвердились на юге Испании.5 Затем, с возвышением Генуи и Пизы, Барселона отошла на второй план, поскольку находилась в стороне от маршрутов, по которым итальянские корабли направлялись в такие желанные гавани, как Сеута и Буги: они предпочитали спускаться мимо Майорки и Ибицы и примыкать к иберийскому побережью в Дении, на его отроге немного южнее Валенсии. Барселона не имела прекрасного порта, ведь то, что сегодня кажется превосходной гаванью, - это современная гавань. Каталонцам все еще приходилось полагаться на генуэзский флот, когда его армия напала на Тортосу в 1148 году. Однако каталонцы начали строить собственные небольшие флоты, создав верфь у ворот Регомир в Барселоне, южного портала города, где дорога, идущая вниз от собора, упиралась в пляж (сейчас это место находится в черте города, в южной части "Готического квартала").6 Барселона была также столичным городом, в северо-восточном квартале которого возвышался дворец графа-короля. Хотя в Барселоне была создана хорошо регулируемая система управления, она никогда не была свободной республикой, и отцам города не хватало свободы маневра, которой обладали пизанцы и генуэзцы.7 Но в этом и заключалась одна из причин успеха Барселоны. В XIII веке интересы патрициев и графа-короля все больше сближались. Все они начали понимать выгоду от заморской торговли и морских кампаний по всему Средиземноморью.

II

Во время долгого отсутствия Якова I в городе Монпелье, где жила его мать, крупные каталонские лорды перессорились между собой. Однако королевские права не были фатально подорваны, поскольку среди сторонников Якова были такие гранды, как граф Руссильонский, который считал, что защита королевской власти укрепит его собственное положение. К 1220-м годам молодой король стремился утвердиться в роли героя-крестоносца. Он возродил давние планы по завоеванию мусульманской Майорки, которую в 1114 году ненадолго захватил его предок Рамон Беренгер III благодаря пизанскому флоту. Однако в этот раз он предложил атаковать Майорку с помощью флота, состоящего из кораблей его собственных подданных. Генуэзцы и пизанцы прочно обосновались на Майорке, где у них были торговые станции, поэтому они не испытывали симпатии к амбициям Якова.8 Король начал с того, что посоветовался со своими подданными на большом банкете в Таррагоне, предложенном ему видным судовладельцем Пере Мартеллом, который оценил это предприятие как справедливое и выгодное:

Поэтому мы считаем правильным, чтобы вы завоевали этот остров по двум причинам: первая - чтобы вы и мы тем самым увеличили свое могущество; вторая - чтобы те, кто услышит о завоевании, сочли чудом, что вы можете захватить землю и царство в море, где Богу было угодно поместить его.9

С этого момента стало ясно, что интересы короля и купцов совпадают.