Читаем Террористы полностью

К 1703 году Петр почти отбил побережье Балтийского моря и быстро строил в устье Невы свой небывалый город Санкт-Петербург, ставший гордостью будущей империи. Летом 1705 года шведский корпус генерала Майделя на двадцати кораблях начал атаку на любимый город Петра. Королевская морская пехота попыталась высадиться на остров Котлин, но тут же была сбита резкой русской атакой. Шведская эскадра была разогнана кронштадскими мортирами, и ей не помогли триста пятьдесят пушек. Шведы высадились вдали от Петербурга и атаковали город вновь и вновь, но русские воины не сдвинулись с места, помня слова великого Александра Невского, бившего шведов на этом же месте половину тысячелетия назад: «Отступать некуда, умирай, где стоишь!» Никто из русских солдат не отступил, а шведы потеряли около тысячи солдат и откатились от города на Неве.

В 1708 году четырнадцать тысяч шведов генерала Любекера штурмовали Санкт-Петербург. На каждого русского приходилось по десять шведов, но гарнизон генерала Апраксина дрался насмерть, выставив штандарт «Победить или умереть!» В критический момент штурма, когда героизм и отчаянное мужество русских бойцов могли быть подтверждены только их гибелью, над стенами Петербургской крепости вдруг разразился ужасающий ураган, поддержанный небывалым морозом в сорок пять градусов по Цельсию. Потомков викингов унесло от города, защитники которого не умели произносить слово «отступление». С этих времен в русской армии стали в таких случаях говорить: «Нас мало, зато в бою тесно не будет!» Счастливый царь выбил медаль «За спасение Санкт-Петербурга» и наградил ей невских героев. Через год шведская коса со всего размаха врезалась в русский камень, и имя ему было Петр. Исторические источники не говорят, спокойно ли спал шведский король Карл XII перед Полтавской битвой. Но совершенно точно известно – король не знал, что утром впереди зелено-лазоревой линии русских войск в атаку на него пойдет сама шведская смерть.

Петр I сам выбрал место генерального сражения недалеко от Полтавы. Тыл его войскам прикрывал обрывистый берег реки Ворсклы, левый фланг защищал Яковицкий лес, тянувший до самой Полтавы. Правый фланг был открыт, а перед фронтом русской армии находилось ровное поле около двух километров в глубину. За полем стоял Будищенский лес, разделенный с Яковицким лесом полем около километра. Только здесь шведские войска могли пройти для атаки русской армии. Петр построил на этой полосе укрепленную линию из шести редутов, расположив их друг от друга на расстоянии двести метров ружейного выстрела. Перпендикулярно к ним были построены еще четыре почти квадратных земляных укрепления – редута, два из которых к началу битвы закончить не успели. В русской армии было сорок две тысячи воинов – пятьдесят восемь батальонов пехоты, семнадцать кавалерийских полков, и семьдесят в пушки. Шведская армия насчитывала тридцать две тысячи солдат. У шведов было сорок пушек, но в битве стреляли только четыре орудия. Артиллерия Карла XII, не придавшего ей должного значения, имела достаточно пороха и около сотни выстрелов на каждое орудие. Утверждение шведских историков о том, что королевским пушкам нечем было стрелять, не соответствует действительности.

К ночи 27 июня 1709 года на передовой позиции у Петра находилось десять редутов с большим гарнизоном, за которыми развернулись семнадцать кавалерийских полков А. Меншикова. Русская армия с полевой и полковой артиллерией находилась за ними в укрепленном лагере. У Петра была сильная позиция.

К вечеру 26 июня Карл XII в первой линии в четырех глубоких колоннах выстроил свою пехоту. Во второй линии в шести колоннах расположилась конница. Два батальона пехоты, шесть эскадронов конницы и три тысячи казаков бывшего украинского гетмана И. Мазепы, переметнувшегося к Карлу XII, у Полтавы прикрывали обоз и лагерь и переправу через Ворсклу ниже Полтавы. Утром 26 июня Карл XII был ранен русскими казаками в ногу и битвой руководил лежа. Карл XII обратился к войскам: «Идите туда, куда ведет вас слава!» Петр I сам объявил свой приказ русским воинам: «Вы сражаетесь за Россию, за Отечество и вас не должна смущать слава непобедимости неприятеля!» Несколько пушек Петр поставил в редутах, а в укрепленном лагере встали пятьдесят полковых и тридцать полевых орудий. Всей русской армии даже не пришлось участвовать в битве. Генералы попросили Петра I в бою не участвовать, но царь только отмахнулся.