Читаем Тень в пламени полностью

Нестор пошевелился и застонал. Боль острым копьем пронзила его череп, когда он приподнял голову и оглядел мрачные склоны. Он вспомнил бой с Конаном и почувствовал нарастающую панику, когда осознал дикую силу юноши, но не более того. Засохшая кровь покрывала всю левую сторону его лица. Он сел, снял шлем и ощупал рану на коже головы. Он осмотрел вмятину на шлеме, а потом снова надел его.

Нестор, шатаясь, поднялся на ноги, стиснув зубы от боли и подкатившей тошноты. Он начал подниматься вверх по склону, пока не достиг того места, где бился с Конаном. Солнце не далеко продвинулось по куполу неба, прошло не более часа. Он обнаружил свой меч на земле, но не мог вспомнить о том, как он туда попал. Вооружившись, он проник в город через разрушенную часть стены и двинулся с опаской по древним улицам. Вскоре он наткнулся на труп огромного хищника.

— Бори и Митра! — вскричал он, пораженный.

Он положил руку на его шерстистый бок и почувствовал тепло, все еще присутствующее под толстой шкурой.

* * *

Конан поднялся по ступеням, которые привели его на черный холм к темному дворцу на вершине. Ветер шевелил его волосы, развевал драный плащ и халат, когда киммериец остановился и взглянул на город, расположенный внизу, и, кроме того, на плато и прекрасный вид ​​обширной горной страны Замора. Он пересек украшенный колоннами портик, примыкающий к дворцу, и взялся за бронзовые кольца, покрытые медянкой, на гигантских черных дверях перед ним. Двери не казались запертыми или заблокированными. Он взглянул вниз и заметил одинокую фигуру, движущуюся в сторону лестницы у основания холма. Это был Нестор, который начал долгий подъем вверх по ступеням; обнажив меч, он вскоре достиг вершины. Конан заворчал раздражённо и достал свой собственный клинок.

Нестор заметил фигуру варвара в рваных и окровавленных одеждах, который ждал его, стоя перед черными дверями; Конан отметил, что гандер вышел почти целым из битвы. Исчезла нелепая самоуверенность, вызванная гневом, которую выставлял напоказ Нестор при их первой встрече. Теперь его серые глаза рассматривали Конана ледяным взглядом хищника, ища признаки травм или слабости.

Это поведение было отмечено киммерийцем.

— Кром, — сказал Конан брезгливо, — забудь о награде. Я уничтожил весь твой отряд. Даже если ты принесешь мою голову, эти гадюки заморийцы используют это как предлог, чтобы не платить. Они, скорее всего, повесят тебя.

Рука Нестора еще сильнее сжала рукоять меча. Он взрослый, опытный воин и лучше оснащен, по правде, он должен выйти победителем из любой схватки между ними. Тем не менее, воспоминания о грубой силе юноши и тупой боли от раны на голове порождали его нерешительность.

— Ты играл в эти заморийские игры достаточно долго, чтобы понимать, что я прав, — продолжал Конан. — К тому же, что-то мне подсказывает, что в этом дворце больше сокровищ, чем могут унести десять человек. Более чем достаточно добычи для таких, как мы, чтобы обойтись без кровопролития.

— Ты предлагаешь объединиться?

— Да. У меня нет никакого желания пробивать тебе башку снова.

Нестор не чувствовал обмана в словах варвара. Тот просто говорил правду с откровенной прямотой.

— Очень хорошо, — сказал Нестор.

Как если бы они заключили сделку, Конан вложил меч в ножны и повернулся без задней мысли. Это не было результатом наивности юноши. Нестор почувствовал, что киммериец оценил его, пока они говорили. Конан знал истинность слов, бьющих сильнее, чем любая сталь. Нестор вложил меч в ножны.

Конан потянул за бронзовые кольца, и огромные двери качнулись наружу, заскрипев каменными петлями. Нестор и Конан стояли, глядя на мрачный интерьер огромного черного дворца.

* * *

Они прошли через передний зал и несколько других двойных дверей в большой тронный зал. Солнечный свет струился через длинные узкие окна в высоких стенах.

— Воры и правители Заморы избегают этого места, — сказал Конан, его голос зазвенел в тишине зала. — Я встречал дерзкого и смелого вора-карманника, и он рассказал, что нашел большое сокровище здесь.

— Тогда почему он не забрал его себе, — пробормотал Нестор недоверчиво.

— Он сказал, что демоны охраняли его. И таков был его страх, что он не посмел прикоснуться ни к одной монете.

— И ты веришь ему?

— Этот тронный зал соответствует его описанию, — сказал Конан.