Читаем Тень сбитого лайнера полностью

– Не верю. – Веселов мотнул головой. – Не надо делать из меня дурака. Я знаю, как на Украине с девяностых годов промывают мозги и пишут новую историю. Слышал я и про укров, которые выкопали Черное море и были предками ариев. Так и здесь! Нашли в церковных метриках похожую фамилию и объявили о родстве. Хотя зачем искать? – Он пожал плечами. – Тогда это была Русь. Помнится, что даже Тарас Бульба себя русским называл. Или Николай Васильевич Гоголь тоже врет?

За столом воцарилась тишина. Все ждали, чем парирует историк столь смелое высказывание олигарха.

– Смею поспорить. Потому как факт, упомянутый мною, доказал русский историк, специалист по геральдике и генеалогии Вадим Модзалевский, – стоял на своем Рахильский.

– Это он из пальца высосал, – продолжал упорствовать Веселов. – Да и фамилия у него польская.

– Но это ваш соотечественник! – с возмущением напомнил Рахильский.

– Ну и что? – изумился Веселов. – Сколько сейчас моих соотечественников, тех же российских депутатов, скачут на украинском Майдане? Предатели и провокаторы были во все времена.

– Теперь другой момент, – продолжил Рахильский. – Матрос Петр Кошка родился в крестьянской семье, в деревне под Винницей. Данных о численности белорусов, украинцев и русских, участвующих в обороне города, нет, потому как все они считались российскими воинами. Хотя различия в национальной принадлежности были по полкам. В составе крымской армии имелись Черниговский, Казанский, Донской казацкий и Одесский уланский полки. Там воевали гусары из Киева, а бастионы оборонял даже еврейский полк.

– Как же без них-то! – Олигарх повеселел и осведомился: – Так почему тогда Тель-Авив не предъявляет никаких притязаний Киеву?

– Работая над кандидатской диссертацией, я много времени провел в архивах и в Севастопольской морской библиотеке, где можно найти воинские журналы тех лет, – продолжал Рахильский уже с заметными нотками раздражения. – Едва ли не все фамилии в списках украинские. В них же указано место рождения каждого солдата и матроса. Это украинские города и села.

– Но они служили России! – заявил Веселов. – Вот если сейчас гастарбайтеры половину Москвы строят, они что, потом претендовать на нее могут?

– Это Нахимов гастарбайтер? – Рахильский с возмущением отодвинул от себя тарелку и положил руки на стол.

– Я просто сравнил. – Веселов тоже начал злиться. – Тогда было одно государство.

– По большому счету там и немцев было полно! – решил блеснуть познаниями истории Хайкл. – Эдуард Тотлебен, например, создавал фортификационные системы вокруг города. Генералы Бельгард и Даннерберг…

– И вы туда же! – выдал Веселов. – Тренером сборной России по футболу швед был! И что?

– А война с фашистами? – Рахильский подался вперед. – Кто сбил первый немецкий самолет? – Он выдержал паузу и сам ответил на свой вопрос: – Козовник. Это командир зенитной батареи, стоявшей на Херсонесе.

– Вы сейчас мне про героев, которые фашистов били, рассказываете, а посмотрите, что с ними теперь ваши националисты делают, – ловко поддел его Веселов. – На Девятое мая избивают, срывают награды, жгут дома, а за георгиевскую ленточку и вовсе убивают!

– Это совсем не то… – начал было Рахильский, но Веселов уже перехватил инициативу и заявил:

– Севастополь принадлежит Украине всего лишь шестьдесят последних лет, да и то по единоличному решению Хрущева.

Олигарх как будто специально готовился к такому разговору и сейчас просто издевался над своим оппонентом.

– Хрущев приехал в Крым и был ошарашен бедностью и разрухой этого края… – начал было Рахильский.

– Поэтому присоединил его к Украине, на которую работала вся страна, – издевательски закончил за него Веселов. – Не надо мне рассказывать, как и за счет чего восстанавливались республики, разрушенные войной. Из-за Урала везли все, от леса до гвоздей и продуктов. Там всех просили потерпеть, ведь сибирские деревни и города немец не бомбил. Моя бабушка тогда ходила в кирзовых сапогах и питалась травой, сваренной в воде. Кстати, по поводу Хрущева. Вы сказали, что он был поражен! Никита Сергеевич с Марса прилетел или все-таки был главой государства?

– Еще раз повторяю, Николаев и Севастополь – это города исконно украинские, – глядя в стол, процедил сквозь зубы Рахильский.