Читаем Тень сбитого лайнера полностью

– Но у меня жена и ребенок, – обрел дар речи Тарас. – Мне надо утрясти свои дела…

– Суток хватит? – что-то карябая в своей записной книжке, спросил мужчина.

– Что? – Тарас не сразу понял, о чем речь.

Мужчина вырвал листок и протянул ему.

– Если остановят, покажешь, а паспорт пока побудет у меня.

Супруненко посмотрел на клочок бумаги и к своему удивлению обнаружил, что это бланк с печатью, очень похожий на увольнительную записку. В нем были полностью указаны его имя, фамилия и адрес. В верхнем левом углу стояли число и дата возвращения. На следующий день он должен прибыть в пункт сбора, расположенный в военкомате Днепровского района на улице Николая Лебедева.

Булат стоял перед зеркалом и разглядывал свое лицо. Раньше он как-то не придавал значения внешности. Выбрит, умыт, аккуратно подстрижен – и достаточно. После сорока ни к чему расфуфыриваться. Однако слова продавщицы заставили его задуматься об отношении к жизни.

«Действительно, чего это я так расклеился? Сорок лет – еще не тот возраст, чтобы ставить на себе крест, – оттягивая нижнее веко, думал он. – Вот и сосудистая сеточка почти не проходит. Да и тяжесть в правом боку начинает тревожить. «Все, сегодня последнюю бутылку беру и на ней останавливаюсь, – решил он, однако тут же усмехнулся собственным мыслям. – И какая по счету последняя она будет после увольнения? Нет, Булат, ты окончательно спившийся человек».

Он попытался подсчитать, сколько времени не притрагивался к спиртному после увольнения из армии. Выходило, что не больше года, пока работал инструктором парашютистов в клубе под названием «Зенит».

Там же закрутился у него романчик с одной из подопечных дам. Светлана в свои тридцать с хвостиком решила прыгнуть в тандеме. Так уж получилось, что они приземлились в кровать. Он не спрашивал ее о прошлой жизни. Однако та сама однажды ранним утром заявилась в гости и оказалась самой что ни на есть настоящей. Супруг этой дамочки был старшим помощником капитана корабля.

Булат усмехнулся, вспомнив, как спускался по балкону с третьего этажа и переполошил соседей, живших внизу. Хозяин той квартиры решил, что это вор, и выпустил на свой балкон овчарку.

На улице было тепло. Уставшее солнце опустилось за высотные дома. Легкий ветерок шуршал листвой деревьев.

Булат не заметил, как сзади подкралась черная дорогущая иномарка. Она практически бесшумно катилась следом за ним, пока он не оказался на пустыре, отделявшем магазин от двора. Лишь звуковой сигнал заставил его обернуться. Вид четверых мордоворотов, опиравшихся на открытые дверцы машины, заставил отставного подполковника приуныть.

– Вам чего? – спросил он, догадываясь, что это, скорее всего, и есть те самые неприятности, о которых говорил участковый.

– Нам тебя, – спокойно ответил кучерявый брюнет с кольцом в ухе.

– По какому вопросу?

– Один человек хочет тебя видеть. – Кучерявый парень посмотрел на бритоголового верзилу, стоявшего по другую сторону машины, и распорядился: – Баян, пересядь назад!

Тот безропотно подчинился.

Парни, уверенные в том, что Булат непременно займет место рядом с водителем, забрались обратно в машину, оставив дверцу открытой.

«Может, рвануть через пустырь? – подумал он и улыбнулся своим мыслям. – Не пойдет. Выглядеть будет смешно. К тому же они все равно найдут способ доставить меня к хозяину. Только это будет уже грубо, с побоями. Хотя, может, и нет у них сейчас задачи везти тихо спивающегося молодого пенсионера к этому Пекарю. Доставят куда-нибудь в безлюдное место и наваляют так, что мне снова придется преть на больничной койке».

Булат решительно направился к машине.

– Что у тебя там с Пекарем случилось? – трогая машину с места, спросил кучерявый тип.

– А он не сказал? – Булат щелкнул замком ремня безопасности.

– Нет, только назвал адрес и описал тебя.

– Ничего не случилось. Просто мы давно дружим.

Дальше они ехали молча. Нет, его не повезли за город или в какой-то полупустой цех остановившегося завода, а высадили перед офисом строительной компании.

Когда Булат появился в кабинете, Пекарь молча отодвинул от себя какие-то бумаги, вышел из-за стола и встал напротив. Некоторое время они глядели друг другу в глаза.

– Что, так и будем молчать? – Булат посмотрел на часы. – Не действует на меня твой гипноз.

Пекарь развернулся, прошел за стол, снова уселся в кресло и сказал:

– Поначалу я хотел тебя хорошенько проучить.

– Что мешает?

– Прежде чем гробить человеку здоровье, я узнаю о нем все. – Пекарь с шумом перевел дыхание. – А то мало ли. Получится как у Дантеса с Пушкиным. Не ровен час, потомки проклянут.

– Я же пьянчужка, – напомнил ему Булат.

– А я свои слова обратно не забираю, – задумчиво глядя на него, сказал Пекарь. – Только ты особенный пьяница. Не поднимается у меня рука мстить офицеру ГРУ.

– Премного благодарен. – Ломая голову, как Пекарю удалось узнать, кто он, Булат картинно прижал руку к груди и слегка поклонился.

– Не ерничай! – Пекарь нахмурился. – Работа нужна?