Читаем Тень сбитого лайнера полностью

– Снаряды берегут, – послышался безрадостный ответ. – Достала эта война.

– Есть охота.

– Не говори про еду!

Неожиданно свистнула мина, грохнул разрыв. За ним последовал второй, третий.

Булат посмотрел на часы. Как Перов и говорил, после обеда ополченцы начали щекотать нервы украинских солдат, попавших в окружение.

Кирилл прополз вперед и приподнялся. В яме под свисавшими корнями упавшего дерева сидели двое бойцов с желто-голубыми нашивками. Лица их были перепуганными. Один крестился.

Булат уронил подбородок на руку, согнутую в локте и задумался. Он понимал, что вышел к секрету, выставленному, по всей видимости, как раз на левом фланге бригады. Выходит, Тарас где-то совсем рядом. Для воплощения его плана в жизнь оставалось дождаться окончания минометного удара.

– Когда это кончится? – просипел солдат, заменивший пулеметчика, убитого накануне.

Он уже давно не паниковал, мечтал быть убитым сразу, сидел на дне окопа и раскачивался из стороны в сторону. За эти три дня боец окончательно потерял человеческий облик. Грязный парень с запекшейся на лице кровью и волосами, торчащими в разные стороны, походил на черта. Действительность, окружавшая его, ничем не отличалась от ада.

– Терпи, – попытался подбодрить его Тарас, но солдат никак на это не среагировал.

Страх и чувство боли у людей притупились. Их будто бы вытеснил запах гари и разлагающейся плоти, висевший над окопами. Ополченцы периодически предлагали сдаться. Плотный пулеметный огонь не позволял солдатам высунуться из окопов, поэтому убитых никто не убирал.

Тарас непроизвольно посмотрел назад. Сквозь взвесь дыма и пыли белели крыши Дьяковки.

«Может, отвести роту к деревне? – неожиданно подумал он. – По домам они не стреляют в отличие от наших дебилов. Тем более комбат все равно пропал куда-то, левый фланг голый. Хотя вряд ли ополченцы решатся на атаку. У них сил нет, чтобы надежно захлопнуть котел. Будут долбить из минометов, пока всех не перебьют или мы тут сами умом не тронемся».

– Вот ты где! – раздался радостный голос Матюшонка.

Тарас оглянулся. Лейтенант протискивался к нему по траншее.

– Что там?

– Два трехсотых.

– Тяжелые?

– Нет. – Матюшонок покачал головой. – Жить будут, но надо эвакуировать.

– Куда? Сейчас везде передовая.

– Это точно, – согласился лейтенант.

Тарас стал протискиваться обратно.

Матюшонок прижался к борту окопа, но командир роты толкнул его вперед.

– Давай!

Вскоре Матюшонок вдруг остановился, резко повернулся к Супруненко и заявил:

– Послушай, нас здесь бросили! Я точно тебе говорю! Комбрига и комбата с утра не видно, не слышно. Слева никого нет. На правом фланге три калеки.

– Что ты предлагаешь?

– Валить надо! – выпалил Матюшонок.

Тарас ожидал чего-то подобного и решил подыграть.

– Я уже это понял, только знать бы, куда именно.

– Я здесь раньше часто бывал, – заторопился Матюшонок. – Каждую тропинку знаю.

– Да какие тут тропинки? – продолжал дурачиться Супруненко. – Поле кругом.

– Зря смеешься. Оврагами и перелесками можно хоть до Днепропетровска дойти.

– Я не смеюсь, – успокоил его Тарас, начиная подозревать, что лейтенант действительно собрался оставить позиции. – Просто тоже об этом думал. Ты же знаешь, что меня здесь ничего не держит.

– Вот и отлично! – обрадовался Матюшонок.

– Выкладывай, какие у тебя идеи?

– Все просто, – заговорщицки проговорил Матюшонок. – Сначала вернемся в Дьяковку.

– Это еще зачем? – Супруненко сделал вид, будто удивился, на самом же деле он догадался, что лейтенант все же хитрит. Ведь именно там сейчас находятся некий Федор Степанович и таинственные артисты.

– Как зачем? Ты в чем уходить собрался?

– А ты предлагаешь голышом? – Тарас вскинул брови.

– Надо найти гражданскую одежду, а если повезет, то и документы.

Тут в кармане командира роты заработал сотовый телефон. Это был тот самый звонок Кирилла.

Матюшонок с безучастным видом слушал разговор командира роты, колупал грязным пальцем ладонь. Супруненко было ясно, что соглядатай ждал этого звонка. Значит, Булат точно идет в ловушку! Но зачем он понадобился СБУ? Для чего нужны эти непонятные артисты?

– Что случилось? – с деланым испугом спросил лейтенант, но Тарас его не услышал.

Он быстро нашел последний номер, с которого к нему поступил звонок, надавил на кнопку, приложил аппарат к уху.

«Абонент временно недоступен», – раздался бесстрастный голос.

Тарас зачем-то повторил попытку, потом еще раз.

– Командир! – Ладонь Матюшонка опустилась на плечо Супруненко и заставила его вздрогнуть. – Ты можешь сказать, что случилось?

– Ты же знаешь! – Тарас сунул телефон в карман и развернулся к лейтенанту.

– Странный ты какой-то. – Матюшонок сделал шаг назад. – Тебя, наверное, контузило.

– Это я тебя сейчас контужу. – С желанием вырвать все, что растет из туловища этого человека, Тарас шагнул к нему.

– Стой! – Матюшонок выставил перед собой ладони. – Не буду спрашивать, как ты догадался. Только бежать с докладом мне никуда не надо. Тебя сейчас и так слышали те, кому это надо.

– Порву! – Тарас схватил его за одежду и притянул к себе.

Матюшонок обхватил его за запястье.