Геер спрыгнул с «Мерседеса» и кинулся к заброшенной автозаправочной станции. Бежать по земле, усеянной мусором, было тяжело, пару раз Геер едва не подвернул ногу и не упал. Колючие кусты зверотрава цеплялись за штанины, словно пытаясь удержать его, но он продолжал лететь вперед, спасая свою жизнь.

Один из деградантов настиг Геера и сбил его с ног. Геер, не оборачиваясь, ткнул ствол файергана чудовищу в грудь и снова нажал на спусковой крючок. На этот раз оружие сработало, и силовой сгусток с полыхающим внутри огнем отбросил деграданта назад.

По всей вероятности, этот выстрел оказался смертельным, поскольку деграданты вдруг прекратили преследование. Обернувшись, Геер увидел, что они набросились на убитого собрата и с кровожадным урчанием принялись разрывать его зубами и когтями.

В памяти Геера мелькнула страница из старенького учебника по физиологии, который он просматривал одним дождливым вечером. На странице была картинка-схема: толстый червь, которому скормили кусочки тела другого червя, усвоил вместе с плотью пожираемого его ментальные навыки и память.

«Съешь сердце врага, и получишь его душу!» – вспомнил он любимую присказку бандита Сердцееда.

Дьявол побери – чем же тогда люди отличаются от деградантов?!

Геер попытался вскочить на ноги, но снова упал, застонав от боли. Спина и плечи его, онемевшие от удара когтистых лап, начали гореть. Геер перевалился на бок, поднял левую руку и ощупал плечи. Пальцы его наткнулись на глубокие раны, из которых струилась кровь. От прикосновения пальцев боль в разорванных плечах усилилась, и Геер, глухо застонав, опустил руку.

Переведя дух и стараясь не слушать плотоядное чавканье деградантов, он снова попробовал подняться. На этот раз у него получилось. Деграданты вскинули морды и зарычали.

«Пожалуйста, не подведи!» – безмолвно взмолился Геер, повернулся лицом к тварям и широко расставил ноги, занимая более твердую позицию. Деграданты, сообразив, что цель вот-вот перестанет быть уязвимой, бросили окровавленное, недоеденное тело собрата и ринулись на Геера. Он быстро перевел панель регулятора в максимальное положение, моля Бога, чтобы старенький файерган не разорвался у него в руках, затем поднял оружие перед собой и нажал на спуск.

Раздался громкий щелчок, и из дула вылетел сгусток плазмы. Едва покинув дуло, он разделился на десяток клочков огненной энергии, и клочки эти, подобно вееру, накрыли деградантов. Твари секунду стояли неподвижно, а потом рухнули на землю и рассыпались на миллионы пылинок.

Медиум сунул файерган в кобуру и перевел дух. Раны, оставленные когтями деграданта, саднили. Поморщиваясь от боли, он осторожно ощупал свои плечи. Раны были довольно глубокими, сильно кровоточили и требовали скорейшего внимания. Геер подошел к брошенному рюкзаку, присел рядом и достал шприц с «нанорегенерантом».

Сделав себе инъекцию, он опустил шприц и приготовился ждать. Впрочем, ждать пришлось недолго. Раны на плечах стали быстро затягиваться. Боль была почти невыносимая, но Геер сцепил зубы и терпел. Наконец, все закончилось. Он закинул руку и ощупал плечо. На месте ран не осталось даже шрамов.

Геер облегченно вздохнул и усмехнулся пришедшей в голову мысли: жаль, что куртку нельзя починить так же легко и быстро, как собственную плоть. Ничего не поделаешь, издержки прогресса.

2

Бармен Мэл, чуть вытянув шею, посмотрел на пухлый, пыльный рюкзак, стоявший у ног Геера, и вежливо осведомился:

– Хороший улов?

– Неплохой, – ответил Геер. Отхлебнул пива и поинтересовался: – Кто сегодня в городе из скупщиков?

– Давид Кривой и Семен Люперс.

– Гм…

Геер вспомнил лица этих двух барыг. Лица были неприятные – обрюзглые, с алчно горящими глазами. Впрочем, других лиц у скупщиков и не бывает.

Улов нынче богатый. Гееру даже не верилось, что он сумел собрать столько трофеев – и всего за семь часов трипа[4]. Лучшим трофеем, конечно же, был проездной билет «Московского метрополитена» с коричневой магнитной полоской. За него любой скупщик отвалит не меньше сотни. А сам перепродаст ее знающим людям за две или даже три. Тот, кто рискует собственной башкой, всегда получает меньше того, у кого есть необходимые связи. Таковы правила «оптинного» бизнеса, и с ними приходится считаться.

Геер поставил кружку с недопитым пивом на стойку, нагнулся, ослабил стяжку рюкзака и вынул из него тоненькую пластиковую папку. Положил папку на колени, раскрыл ее и взглянул на пожелтевший обрывок газеты.

Геер стер с клочка бумаги ладонью пыль. Маленькие буквы статьи почти невозможно было разобрать. Но название он видел вполне четко.

«АПОКАЛИПСИС СЕГОДНЯ?»

Геер усмехнулся. Надо же! Пятьдесят лет назад они еще в этом сомневались.

Газету можно отдать Сердцееду, он любит старые газеты и любовно их собирает. Что ж, у каждого свои причуды.