Читаем Темное сердце полностью

Она снова качнулась вперед, на этот раз двигаясь с большей осторожностью. И я заметила, что она немного прихрамывает. Я парировала ее следующий замах окровавленным цепом. Но она оказалась хитрее и быстрее, чем я думала, изменив прицел ровно настолько, чтобы попасть в нижний край моего правого крыла. Резкая боль и взрыв голубых перьев взлетели в воздух, разразившись хором демонических криков.

Пламя ярости лизнуло мой позвоночник, когда я взглянула вниз на повреждения. Когда я раскрыла и захлопала крыльями во всю ширь, зрители ахнули от благоговения и замолчали, даже когда музыка продолжалась. Я уставилась на Крузаллу, молча призывая ее подойти ко мне. Давай, попробуй еще раз дотянуться до моих крыльев.

Она зарычала и зашипела. Медуза горгона не могла быть более ужасной по поведению и внешнему виду, чем эта зверюга. Я сражалась с титанами-драконами и гигантскими монстрами в двадцать, тридцать раз больше меня. Я победила фурий, мускулистых рогатых зверей, которые служили стражами для демонов. Я сражалась с одним из принцев демонов, и хотя он укусил меня, я все равно сбежала. Я даже сражалась со злыми людьми, которые охотились на невинных детей, изгоняя их из этого мира и отправляя их души в Ад без оглядки. Это существо и близко не было таким страшным, как любой из них. Она проводила свои бесконечные ночи, мучая закованных в цепи жертв. Я провела свою жизнь, сражаясь со свободными зверьми, более злобными и кровожадными в искусстве жестокости, чем она когда-либо могла быть.

Это будет быстрая схватка. Это говорило не мое тщеславие, это была чистая правда. Хотя я все еще скрывала опасный секрет от Доммиэля. Какая-то эгоистичная часть меня хотела подождать. Я знала, когда ждать будет слишком опасно. Я бы никогда не стала подвергать его опасности, потому что он, безусловно, сделал бы что-нибудь, как только петля на моей шее затянется слишком туго, и я стану пешкой Обезьяны. Я взглянула на него, где он теперь стоял на ногах, скрестив руки на груди, выглядя свирепым и довольно опасным. И таким ослепительно красивым.

Инстинктивно я пригнулась, когда кинжал пролетел над моей головой, почувствовав это раньше, чем увидела. Повернувшись к поле боя, я сосредоточилась на Крузалле. И ее неминуемой кончине. Я покрутила кинжалы на тыльной стороне костяшек пальцев, крепко сжимая рукояти, затем подняла голову и рассмеялась.

С отрывистым рычанием она бросилась вперед, описав цепом круг над головой. В нужный момент я присела на корточки и сильно взмахнула крыльями. Перевернувшись вверх тормашками, я рассекла плоть на внутренней стороне ее руки, которым она размахивала цепом. Я глубоко вонзила свой клинок. Брызнула черная кровь. Ее цеп с острым как бритва концом со звоном влетел в решетку.

Ловко приземлившись на ноги, я прошлась по кругу, хлопая прижатыми крыльями, моя броня в ответ звякнула стальными пластинами. Ее наполовину отрубленная рука висела на сухожилиях и костях. К ее чести, Крузалла не издала ни звука боли. Скорее, она издала боевой клич и вытащила из-за пояса топор, метнув его со сверхскоростью в мою голову. Я увернулась. Тихий звон стали, разрезающей кончики моих волос, доказал, как близко я ее подпустила. Не останавливаясь на своем, уклоняясь и отворачиваясь, я взмыла в воздух, высоко подняв оба лезвия.

Крузалла потянулась за лезвием в ботинке, но не раньше, чем я нанесла удар правой рукой, промахнувшись мимо ее горла и угодив ей в грудину над обнаженной грудью. Я повалила нас обеих на землю. Но её мощная рука обвилась вокруг моей талии, благодаря чему она перевернула нас, и я оказалась под ней, схватившись своей рукой за моё горло она пыталась задушить меня. Казалось, то, что мой клинок вонзился в её грудь совсем не беспокоило ее. Её лицо отвратительно исказилось в дьявольской улыбке, когда она посмотрела вниз.

— Миленькая, маленькая птичка скоро умрет!

Толпа разразилась оглушительным ревом. Их злобные насмешки волной прокатились по залу, крики желающих моей крови обрушились на меня как дождь.

— Сломай ее крылья!

— Перережь ей горло!

— Выпотроши ее!

Поскольку вторая рука Крузаллы не работала, она не могла дотянуться до своего оружия. Или заблокировать мою левую руку.

— Они хотят твоей сладкой крови, миленькая птичка, — усмехнулась она. — Я дам её им, как только ты испустишь свой последний вздох.

Яростные крики стихли вдали. Курзалла тоже исчезла. Моё сознание начало проваливаться в бессознательную пропасть. Но это не имело значения. Все моё внимание было сосредоточено на внутренней сути моей полуночной любви. Он пульсировал в моем теле, ослабляя мгновенную панику и делая вздохи проще. Всё не имело значения. Что-то больше было здесь, чтобы помочь мне.

Энергия хлынула в меня, такая яркая и горячая. Не только моя, но и Доммиэля, они сливались воедино, образуя прекрасный клинок мстительного желания. Он владел своей сущностью внутри меня, требуя, чтобы я сосредоточилась, боролась и победила. Не то чтобы я этого не хотела с самого начала, но желание Доммиэля было обжигающей потребностью, которая текла по моим венам, как жидкий огонь.