Читаем Темное наследство полностью

«Семья. Посадите семью. Оставьте в покое мелких сошек, этих бедных наркош, вынужденных заниматься контрабандой. У них и так нет никакой жизни. Лучше засадите за решётку семью. Они втягивают в свои игры невинных людей. Они повсюду. Даже на радио.

Свидетель принимается стучать по столу и громко поёт…»

– Это значит, что Бруно Валль имел отношение к «Семье»? – спросила Петра.

Я предостерегающе подняла руку:

– Подожди, мне нужно собраться с мыслями.

Я села за компьютер и принялась искать в Гугле всё, что писали про Бруно Валля.

– Вот, послушай, что Бруно сказал про группу «Эм-Экс-Ди»: «Компания „Аудито“, которая владеет правами на мои песни, собирается подать в суд на коллектив группы „Эм-Экс-Ди“. Они не имели права использовать эту мелодию без моего разрешения».

– Есть какие-нибудь фотографии? – спросила Петра.

– Из новых почти ничего. – Я развернула к ней экран.

– Ну-ка, нажми на этот. – Петра ткнула пальцем в один из снимков, на котором Бруно Валль был сфотографирован, когда выходил из ночного клуба.

Он шёл, опустив голову, на нём была чёрная шляпа с широкими полями, и он прикрывал лицо рукой, чтобы защититься от вспышек камер. Позади него виднелся ещё кто-то, но было плохо видно кто именно. Бруно держал этого человека за руку.

– Увеличь снимок, – попросила Петра.

– Человек позади него – это женщина. Видишь, у неё туфли-лодочки. И длинные волосы. Смотри! Это не Мария Хоффман? Кудрявая и загорелая, – сказала я.

Петра ткнулась в экран чуть ли не носом:

– Точно! Ну надо же!

– Выходит, отец Натали – это Бруно Валль собственной персоной? Чёрт возьми, так это он купил у меня картину? Просто в голове не укладывается!

– Кажется, так оно и есть. Давай зайдём на сайт этой компании – «Аудите». Она ведь принадлежит Бруно Валлю? – спросила Петра.

Я принялась гуглить дальше и вскоре нашла владельца и членов правления.

– Карл Хоффман. В правлении компании есть человек по имени Карл Хоффман. Может быть, это отец Марии?

Я вбила в строку поиска имя Карла Хоффмана, и первая же ссылка выдала следующее: «Шведские теневые лидеры финансового рынка. Читать дальше».

Я нажала на ссылку и начала читать вслух:

– «Пожалуй, один из самых загадочных предпринимателей Швеции – это Карл Хоффман, который не первый раз вкладывает свой капитал в рискованные затеи и всегда неизменно выигрывает. В прошлом он работал в музыкальной сфере и среди прочего в 1980-е годы являлся агентом легендарного певца Бруно Валля. Он также владел несколькими ресторанами и ночным клубом в Стокгольме, но позже резко сменил род деятельности. В настоящее время проживает за границей, но не хочет сообщать о своём точном местонахождении».

После заметки шло интервью с Карлом Хоффманом.

«Чем вы занимаетесь сейчас?» – спрашивал журналист.

«Я уже почти отошёл от дел. Сейчас финансирую один проект, который кажется мне многообещающим. Честно говоря, я уже устал тянуть лямку, пора и на покой».

Журналист: «Почему вы уехали из Швеции?»

«Я устал от серости. Шведское общество не терпит тех, кто вырывается вперёд. Поэтому мне больше нравится за границей. Здесь я могу быть самим собой. И потом, зимы в Стокгольме такие длинные и тоскливые. Жаркое солнце куда лучше».

Больше сведений из статьи добыть не удалось.

– А фотографий его там нигде нет? – поинтересовалась Петра.

– Нет, ничего не нашла. Хотя подожди-ка… Есть одна.

Петра посмотрела через моё плечо на экран ноутбука:

– Это же он! Тот самый старикан, которого мы сначала приняли за отца Натали. Выходит, на самом деле он её дедушка.

И Петра принялась лихорадочно рыться в стопке газетных копий. Наконец она нашла размытый снимок Марии Хоффман в обществе пожилого мужчины.

– И зачем такому богачу быть ещё и преступником? – удивилась я.

– Откуда ты знаешь? Может, преступные махинации – это и есть основной источник его дохода.

Я переводила взгляд со снимка Марии Хоффман рядом с Натали на снимок Бруно Валля и следом – Карла Хоффмана.

– Выходит, это и есть «Семья»…

Я как будто почувствовала дуновение свежего ветра, как будто тёмная завеса, превратившая мою жизнь в хаос, начала рассеиваться. Теперь я знаю этих людей в лицо. И знаю, что делать.

– Поверишь, я никогда раньше не испытывала ненависти. Это у меня впервые. И что самое обидное: даже если их поймают и посадят, когда они выйдут на свободу, их будут ждать их денежки и дома. Они просто вернутся к своей богатой жизни как ни в чём не бывало. – Я подняла на Петру глаза. – Мы должны забрать себе эти деньги.

– Ты с ума сошла, Каролина! Сама-то понимаешь, что говоришь?! У нас нет реальных доказательств, что именно эти люди стоят за ограблениями. Ты как хочешь, но я не готова так рисковать.

– Сядь, – велела я, доставая из кармана флешку. – Смотри, что у меня есть. Это мне дал Мик и попросил отнести в полицию после ограбления. На этой флешке – компромат на «Семью».

– Что?! И ты так долго молчала? Что там?

– Я пообещала, что не буду открывать.

– Ты даже не знаешь, что на флешке, но при этом хочешь заполучить деньги?

– Я хочу положить этому конец. Раз и навсегда, – решительно заявила я.