Второй удар кортика должен был прийтись Камилле точно в грудь, но Алексиков вовремя подставил руку, и лезвие, пройдя через его ладонь насквозь, не достало до тела эльфийки. Камилла упала навзничь. Побелевшее от неожиданной встречи лицо ужасающе сочеталось с колотой раной.

– Ты тоже умри! – продолжал орать Вильгельм, теперь уже обращаясь к Алексикову. – Смерть осквернителям!

Андрей сомневался, доставать ли ему пистолет. Хорошо было бы пригрозить сорванцу, покушающемуся на родителей. Пригрозить? Да за такое расстреливать надо!

Вот только… Мальчик ли виноват? Или его окружение? Аннато воспитывал Вильгельма с пеленок, и вдалбливал ему в голову идеологические эльфийские постулаты. Неужели никто не подумал, что программируемое в ребенке десятилетиями нельзя исправить за считанные недели? Неужели Алексиков не мог себе представить, что Вильгельм не верит в светлую реформаторскую деятельность биологического отца? Мальчик искусно притворялся послушной тихоней, и этого никто не заметил. Неужели не было скрытых признаков, которые для любящего и внимательного родителя лежали бы на самой поверхности? Или никто не хотел разговаривать с Вильгельмом откровенно? Проще же закрыть ему рот ладонью и закричать: «Знаю! Молчи!»

Андрей возненавидел Алексикова еще больше, чем прежде. Лживый, надменный эльф, не уделявший ребенку должного внимания! Темноборец снова схватился за рукоять пистолета, но вытаскивать его не стал.

К вопросу о выборе стороны. Как выбирать меньшее из двух зол, если в одном случае умрет невинная девушка, а в другом ребенок, неосознанно совершающий ужасающие ошибки?

Возня продолжалась. Вильгельм отчаянно размахивал кортиком, но Алексиков уже повалил его на песок. Эльф вцепился мальчику в горло с намерением сломать шею. Андрей наблюдал, не вмешиваясь.

– Предатели! Ты и твои реформы! Ты нарушаешь баланс в Мидлплэте! Все эльфы должны умереть! – похрипывая, визжал Вилли. – А предатели умирают вне очереди!

Алексиков не отзывался. Зачем объяснять что-либо сумасшедшему, тем более, если решился его убить? Беседовать с девиантным ребенком – все равно, что горохом стучать по стене. Поздно чесать языком! Следовало разговаривать раньше.

– Не надо! – сказала Камилла, и в ее голосе чувствовалось то же умиротворение, которое недавно просматривалось в фигуре и позе.

Алексиков будто не слышал. Он продолжал сдавливать горло Вильгельма. Мальчик выронил окровавленный кортик и конвульсивно задергал ногами.

– Ты тоже эльф! Вот и умри! – сказал Алексиков, заглядывая эльфенку в глаза и читая в них смешанный с гневом страх.

– Не надо, – повторила Камилла, и коснулась ноги Алексикова.

Алекс отпустил горло мальчика и ударил его кулаком по лицу. Вильгельм всхлипнул кровавыми соплями, сочащимися из разбитого носа, и попытался было что-то сказать, но следующий удар пришелся ему в челюсть и не позволил пошевелить языком.

– Не надо, – в третий раз повторила Камилла, сильнее сжимая ногу Алексикова.

Алекс подобрал кортик, вышвырнул его в океан и склонился над воздыхаемой им эльфийкой. Камилла лежала на спине, зажав рану рукой. Из разорванных тканей сочилась кровь.

– Алекс! – шептала эльфийка, и с ее глаз не сходили слезы. – Я была счастлива повидаться. Не убивай нашего сына. Нам всем нужно научиться прощать. Тогда нас самих простит Демиург.

– Все будет хорошо. Все будет хорошо! – приговаривал Алексиков, разрывая рубашку и перевязывая ею рану Камиллы.

Андрей вышел из состояния оцепенения, подбежал к эльфам и подобрал лежавшего без чувств мальчика. К этому моменту Алексиков заканчивал возиться с повязкой.

– Брось его! – приказал Алекс. – Нам нужно выбраться с острова как можно скорее. Ты же видишь: вопрос жизни и смерти! Камилле нужна срочная медицинская помощь!

– Я понесу Вильгельма, ты – Камиллу, – ответил Андрей. – Выберемся с острова живыми все четверо, а там будет видно, что делать дальше. Чем дольше мы будем спорить, тем больше потеряем драгоценного времени.

– Пошли! – кивнул Алекс, взял на руки Камиллу и двинулся в направлении джунглей.

Андрей посмотрел на ребенка, распластавшегося у него на руках, и понял, как сильно к нему привязался. Ну и что, что он незаконнорожденный малолетний убийца? Для близких всегда можно выдумать оправдание.

Глава 23. Две капли в флакон

Как говорится, хорошо то, что хорошо кончается. Камиллу вовремя довезли до больничного отсека эльфийского гидрополиса. Промедли эльфы еще на час – она была бы мертва.

Обошлось. Глубокая колотая рана, значительные кровопотери, тяжелое состояние. Но все это утрачивает значение в сравнении с тем радостным фактом, что девушка выжила и медленно, но верно пойдет на поправку. Так пояснили медики.

С Алексиковым Андрей попрощался кивком. Говорить что-либо друг другу после случившегося казалось странным. Ну да, не уберег. Но ведь и отправлялся в путешествие, обещая оберегать эльфов от обитателей острова, а не от членов их же семьи. Отчасти, даже перевыполнил обещание. Защитил Вильгельма от отца. Если бы не Андрей, возможно, что Вилли был бы уже мертв.