Читаем Темноборец полностью

Вильгельм, убийство которого сняло бы неприкосновенность со Скрижали Любви, выжил благодаря темноборцу. Представляете, в какой ярости будет Олег?

Кстати, где он? Переполненный чувством усталости, Андрей рухнул на кровать и уткнулся в подушку. Комната пустовала.

Олег направлялся в Атриум. Он ненавидел эльфийские вечерни, но призрачий компас сигнализировал о справедливости недавних слов Андрея насчет безвылазного прозябания в комнате. Словесная перепалка пошла Олегу на пользу.

Чтобы вы понимали, поясню: почувствовать призрачий компас – все равно, что ощутить позыв к мочеиспусканию. Только вместо мочевого пузыря задействована кора полушарий. Ты можешь сопротивляться и игнорировать, но в итоге запредельный уровень дискомфорта заставит тебя двинуться в заданном направлении. Словно расслабленный сфинктер, ноги сдадутся и понесут тебя туда, куда требует организм.

Олег смешался с эльфийской толпой и с разбега запрыгнул в бассейн. Разумеется, никто не заметил одного лишнего всплеска среди сотен других. «Красиво у вас тут, с этими мотыльками», – признал Тиглев, рассматривая потолок. Призрачий компас источал одобрительные сигналы, как журчащий от удовольствия насытившийся желудок.

Олег почувствовал толчок в спину и обернулся. Обремененный висящим пузом эльф пытался занять его место и решительно не понимал, что ему мешает. Призрак отодвинулся в сторону, не преминув наградить ошарашенно озирающегося эльфа ответным толчком.

Толстые эльфы – большая редкость. В их случае Арена заменяет естественный отбор. Но попался же индивид! Видимо, родился в рубашке, раз до сих пор жив со своими пропорциями.

Толстые или фигуристые – эльфы так и будут упорно пытаться наступить на Олега – просто потому, что его не видят. И после этого вы спрашиваете, почему призрак не хотел покидать комнату? «Не выходи из комнаты, не совершай ошибку», как говорил поэт, существовавший в далекой параллельной реальности, пролегающий где-то за гранью не то, что Мидлплэта, но даже Даунклауда и Лоустэйра.

Олег подплыл к центру бассейна и запрыгнул на пустующие качели. Вот здесь точно никто не потревожит. Очевидно, что эта птичья жердочка предназначалась для Вильгельма, чей рост не позволял доставать ногами до дна. Но Вилли сейчас не до вечерен. Значит, можно занять его место.

Олег представил, как выглядел бы со стороны на качелях, если бы его можно было увидеть, и рассмеялся. Ну, точная канарейка, вцепившаяся когтями в сухую палку! Маленькая желтая птичка, балансирующая на своей жерди, установленной посреди клетки в увеселительных целях. Клоун с накладным красным носом. Смехотворное цирковое животное.

Олег продолжил бы мысленно одаривать себя оскорбительными эпитетами, если бы рядом с качелями не послышалось приветствие выступающего. Незнакомый эльф с удлиненными больше обычного ушами занял свое место по центру бассейна и, прокашлявшись, неуверенно заговорил:

– Здравствуйте, дорогие друзья. Меня зовут Тиня, и сегодня мы поговорим о начале Большого подводного переселения.

Тиня тщательно подбирал слова, делая паузы и пытаясь вспомнить вылетающие из головы куски заученной речи. Не то, чтобы он недостаточно репетировал или не придавал выступлению значения, а скорее, наоборот, не справлялся с волнением и забывал выученные на зубок предложения. Вы могли бы разбудить Тиню посреди ночи, и он выпалил бы свою речь на одном дыхании, но перед публикой Тиня терялся.

– Это событие, – собравшись с силами, заговорил эльф. – Во времена правления Аннато это событие назвали бы поворотным и торжествующим моментом истории эльфийского вида. Но пришедший к сегодняшней власти уважаемый господин Алексиков велел не рассказывать о нем иначе, как о позорнейшей и печальной странице нашего общего прошлого.

«Так вот в чем дело!» – еще больше развеселился Олег. Выходит, запинки эльфа вызваны еще и тем, что он не успел сформировать четкую политическую позицию. Поддерживал Аннато, исповедовал, как религию, его идеологию, а теперь во главе угла встал Алексиков. Поддерживать нового военачальника или дать ему пинка под зад? Вопрос остается открытым. Но если транслировать антиправительственные речи, то где гарантии поддержки широких масс, вроде бы удовлетворенных сохранением вида и спасением своих жизней?