Читаем Темная планета полностью

Винтокрылы разделились на две авиагруппы. Пока первые приземлялись с пушками для организации артиллерийских позиций, вторые направились прямиком к безумствующим стаям вормов, которых засыпали таким количеством металла, что древесные черви были вынуждены бросить терзать трупы и спасаться бегством обратно в джунгли. Но в тот момент, когда винтокрылы второй группы начали маневрировать для захода на посадку, прямо под ними неожиданно взмыли в воздух десятки и сотни газовых шаров каждый не менее двадцати метров в диаметре, а через минуту в воздухе уже полыхал огненный смерч. Горящие стрелы раскаленным градом обрушились на пузыри, превратив каждый из них в маленький аналог ада. Очутившись в эпицентре бушующего пламени, пилоты утратили ориентир и в страхе заметались в горящей кабине, не видя вокруг себя ничего, кроме огня и дыма. Винтокрылы шарахнулись в разные стороны, многие из которых столкнулись со своими соседями. Сорванные с крепежей краулеры и танкетки рухнули вниз и кубарем покатились под гору. Огненная вакханалия длилась еще долго, пока дымящиеся винтокрылы зарывались один за другим носами в песок и красочно взрывались, превращаясь в обугленные остовы из перекрученных железных листов и погнутых лопастей.

– Вы гений босс! – восхищенно прошептал Бычара, чуть не прыгая в стороне от восторга.

– Но ведь они из железа и огонь ничем не мог им навредить, – наивно удивлялась Чани.

– Видишь ли, в чем дело милая, – пустился в объяснения Хило, по ходу проверяя крепление ремней на ее тонкой как у осы талии. – Дело не в огне, а в огромном количестве чистого водорода в эпицентре, а значит и в атмосфере. Хотели они того или нет, экипажи вдохнули его в себя достаточное количество, чтобы после одной искры их легкие сгорели словно бумага…

– Но ведь это ужасно! Представляю, что чувствовали в этот момент эти несчастные…

– Что делать маленькая, жизнь штука коварная. Или мы их или они нас. Верно Альфадок?

– Да, Хило. Все так и есть.

Мысленно же я был согласен больше с Чани. Это действительно ужасно и, несомненно, мой поступок ляжет еще одним несмываемым пятном на мою многострадальную душу и без того обремененную старыми грешками. Но что прикажете, делать? Позволить убить себя?

– Это Салан! Приближаются! – закричал Кон Рат, указывая на приближающуюся стаю, планирующую прямо на нас с появившегося из-за холмов летающего острова. – Держитесь крепче! Сейчас всех немного потрясет!

– Я еще слишком молод чтобы умирать! – с наигранной дрожью воскликнул Хило.

– Хватит дурачиться, Хило. Соберись наконец!

Закрепив на ногах деревянные лыжи, густо смазанные для улучшенного скольжения по воде рыбьим жиром, я вошел по колено в воду и слегка откинулся назад, чтобы мощный рывок не зарыл меня носом в воду. Облетев несколько раз вокруг опадающего облака оставшегося на месте взрыва водорода, зораны обрушились на зону высадки первой роты почти закрепившихся на пляже вместе со своей артиллерией. Пока они отвлекали на себя все внимание гвардейцев, отделившаяся от стаи пятерка зоранов полетела в нашу сторону, а когда пролетали над нами, ловко ухватили когтями каждый по крюку и потащили нас за собой. Наблюдая, как у моих ног быстро разматывается длинный кожаный ремень, я интуитивно приготовился к мощному рывку, но все равно проворонил его, с трудом удержав равновесие, когда меня неудержимая сила потянула по воде прочь от берега. Откинувшись назад, я крепко вцепился в петлю на конце ремня, с мальчишеским восторгом наблюдая как из-под лыж, во все стороны хлещут фонтаны брызг. Управиться с водными лыжами оказалось проще, чем я думал, достаточно чувствовать равновесие и не нервничать, в противном случае была вероятность упасть в воду и дальше скользить уже на животе или спине. Конечно, мне дадут возможность снова встать на лыжню, но это будет невосполнимой потерей времени.