Читаем Темная планета полностью

С первыми лучами жгучего светила разродившегося особенно интенсивными вспышками, когда солдаты Назира еще только просыпались после беспокойной ночи, небольшая армия селян под моим предводительством, тайно переправив к подземной реке всех женщин и детей, заняли места в оборудованных за ночь блиндажах и окопах. Тщательно спланировав схему обороны по собственному разумению, мы с Хило разделили свои силы на два больших отряда по двести бойцов в каждом. Одному из отрядов предстояло обороняться вместе с нами внутри поселка, второму стать своего рода резервом – этаким засадным отрядом для развития наступления, если нам удастся поколебать уверенность врага или на худой конец ударить в спину наступавших солдат генерала чтобы вызвать панику. Вооружившись пневматическими ружьями с ядовитыми дротиками, трофейными винтовками, захваченными гранатометами и отремонтированными метательными машинами, обложенными со всех сторон мешками с песком, ополчение приготовилось дать достойный отпор ничего не подозревающим агрессорам.

Расчеты оправдались – после получасового минометного обстрела и ружейно-пулеметного огня, передовые шеренги солдат примкнули к винтовкам штыки и с яростными воплями, от которых стыла кровь в жилах, побежали на решительный штурм наших укреплений. Подпустив атакующих к врытым в песок кольям метров на двадцать, я дал сигнал к атаке – что есть силы дунул в охотничий рог – после чего откинул в сторону и надавил на спусковой крючок пневматического ружья, тем самым первым из всех открыв кровавый счет. Стальной болт попал гвардейцу точно в горло, отбросив его на несколько метров назад. Почти сразу воздух загудел от дротиков обрушившихся на головы не ожидавших подвоха солдат. Каждый из них был уверен, что ничто живое на этой планете не способно устоять перед минометным огнем. Проваливаясь в скрытые ямы, утыканные на дне шипами, напарываясь в самых неожиданных местах на ловушки и засады, вошедшие за линию передовых укреплений солдаты, с ужасом осознали, что их сюда намеренно замананили. Что обширные развалины большого поселка не самое лучшее место для маневра. Тогда решив отступить, чтобы попробовать атаковать с другой стороны, они стали пробиваться назад к исходным позициям, оставляя за собой десятки трупов, но мышеловка уже захлопнулась. Каждый раз, встречая ружейным залпом и стрелами подкрепления, рвущиеся на помощь попавшим в беду товарищам, гвардейцы постепенно откатывались назад, неся существенные потери в личном составе. Посылая последние резервы в бесплодные и самоубийственные атаки, Назир скрежетал зубами, сообразив, что он крупно просчитался. Враги оказались куда хитрее и мужественнее чем можно было ожидать от этого сброда.

Орудуя своим ужасающим тесаком налево направо, Кон Рат упивался возможностью рассчитаться за все прежние страхи и унижения, что ему пришлось пережить в пути, а, учитывая его жгучую ненависть к властям столицы и лично к Колониальной гвардии, тут он выложился на все двести процентов. Деморализованные учиненной резней в ближнем бою, пораженные и испуганные солдаты, растеряв остатки былого пыла и организованности, словно бараны ринулись бежать прочь, по ходу натыкаясь на копья и стрелы. Даже Чани опьяненная лившейся повсюду кровью не удержалась и с дикими воплями кинулась в самую гущу драки. Так, наверное, непоседливая воительница и сгинула бы в общей свалке, если бы Бычара по моему настоятельному совету не оттащил ее за шкирку в сторону и не спрятал на дно окопа. С громовым ревом, сбив с ног сразу трех солдат, Бычара внушительных размеров палицей, последовательно размозжил им головы, а потом всей свой стокилограммовой тушей, упал на выпучившего в ужасе глаза префекта. Ворочаясь в гуще сражения, словно разгневанный носорог, верный оруженосец Кон Рата наносил врагам такой урон, что стоило ему, появится неподалеку от сражающихся, как враги старательно уклонялись от дальнейшего сопротивления и по возможности ударялись в бега. Только бежать было некуда – всюду кипела сеча. Повсюду поджидала смерть в виде пик, стрел и разгневанных селян, горящих жаждой мести.

Наблюдая из блиндажа за учиненной резней я и Хило не спешили поддаваться общему порыву, предпочитая редкими выстрелами поражать врагов с безопасного расстояния.

– Самое время остаться в живых, – объяснил я и Хило согласно закивал соглашаясь. Даймонец и сам был не прочь отсидеться в безопасном месте подальше от варварского побоища.