Читаем Тело в долине полностью

Дальнейший текст, к радости Олдройда, оказался написан в столь же многословно-формальной, неторопливой манере, навевающей мысли о другой эпохе, когда ритм жизни был гораздо более медленным. Он начал читать, выборочно останавливаясь на многословных, цветистых описаниях сельской местности йоркширских долин. Водопад Гордейл-Скар автор изобразил весьма натурально.

«Посетителю надлежит пройти по тропе вдоль ручья, которая в сырую погоду может стать невероятно грязной, но стоит проявить упорство, и он будет вознагражден. Нужно только завернуть за угол, и взгляду откроется поистине впечатляющая картина, вдохновившая поэта Уильяма Вордсворта и художника Дж. У. Тернера. Внушающие благоговейный трепет скалистые утесы, с которых капает вода, нависают над темной, узкой тропой, а впереди вода каскадами льется сквозь отверстие в скале и стекает по огромному валуну на пол разрушенной пещеры. Воображение трепещет при одной лишь мысли о том, как этот самый поток протекал через огромный темный туннель, чтобы дальше, после мрачного путешествия по глубинам подземного мира, спуститься в отрадные, заросшие травой поля, полные света и спокойствия».

Что ж, этот малый явно обладал воображением и огромным энтузиазмом. Олдройд нашел раздел, где сэр Уильям начал описывать местные пещеры; судя по всему, в то время они не слишком хорошо были известны во внешнем мире.

«Эти пещеры, или “выбоины”, как их часто называют в этом регионе, были известны местным жителям на протяжении веков и внушали некоторый страх, считаясь пристанищами фей и гоблинов или воротами в нижние миры. Многие из них не имеют горизонтальных входов, лишь устрашающие вертикальные отверстия на склонах холмов. Эти шахты часто скрыты густой вересковой порослью и низкорослыми деревьями. Неосторожный путешественник, сам того не ведая, может оказаться всего в нескольких шагах от шахты, уходящей в темноту на сотни футов».

Затем Инглби рассказал, как начались спелеологические изыскания – он называл их «подземными исследованиями», – в которых заметную роль играл Джозеф Хавертуэйт, местный кузнец, нанимаемый сэром Уильямом подковывать лошадей и чинить железные изделия во всем поместье. Викторианский джентльмен явно высоко ценил умелого работника.

«Мистер Хавертуэйт меня безмерно восхищает. Примечательно, что его способности лежат в нескольких областях. Он искусен не только в своем ремесле кузнеца, но и в исследовании пещер, в котором проявляет мужество и непревзойденную стойкость. Также, на мой взгляд, он одаренный поэт. Его стихи не нашли бы признания в известных литературных кругах, потому что он использует диалектный язык, распространенный в среде местных крестьян. Несмотря на это – точнее говоря, именно поэтому, – его стихи обладают необычайной силой и правдоподобием. Несколько примеров я включил в настоящий том».

Мысленно одобрив подобную защиту местного поэта, Олдройд продолжил поиски сведений, способных помочь в расследовании, и наконец, читая о снаряжении, которым пользовались первые исследователи, нашел нечто полезное.