Читаем Тараканьи бега полностью

Ответуполномоченный, мгновенно посерьезнев, кивнул. Виктор Борисович предупредительно распахнул перед ним люк, затем пробормотал: «Прошу простить» и вернулся к устраивающемуся за компьютером Чину.

— Это я первый и последний раз вас покрываю, понял?! — прошипела живая легенда, воровато озираясь на скрывающуюся в коридоре клоздгейтовскую спину. — Понятья не имею, что с вашей программой, но если ты за час ее не отладишь… — Изверг скорчил жуткую гримасу и зашагал прочь.

— Вот же послал Бог, — шипел он на ходу. — Лучший на курсе мямля, секс-дива, модноватый поэт, суперхакер… шпион Лиги… Не многовато ли для трех практикантов?!

* * *

В родном языке Елены Халэпы имеется могучее и емкое словцо «хыба», трудно переводимое на прочие языки вследствие широты диапазона значений. Так вот, причиной позорного сбоя студенческой программы оказалась именно хыба — примитивная и безобразная.

На ее поиски Чин потратил не многим более минуты. Естественно, первым делом он проверил пусковой файл и обнаружил, что от файла как такового уцелела приблизительно треть. Остальное файл-пространство заполняли стройные ряды вопросительных знаков. Смысла оная вопросня, конечно же, не имела ни малейшего, однако с точностью до байта симулировала нормальный объем пусковика. Больше всего это походило на чью-то намеренную (хоть и совершенно дилетантскую) шкоду.

Чью-то…

Чью?

Благородно объявивший себя мелким пакостником Изверов похоже тут ни при чем. Междустуденческое сведение счетов? Тот же Изверов как-то заметил (кстати, заметил совершенно справедливо), что провал практики чреват настоящими неприятностями только для некоего студента Чинарева. Так, может… Нет, чушь. Ну, допустим, есть у Белоножко мотив — ревность, но Белоножко был совершенно неподдельно ошарашен программным сбоем. Да и решись Виталий пакостить, была бы его пакость гораздо круче: программист он не хлоповый.

Кто остается? Леночка?

Нет, эту кандидатуру в диверсанты Чин отмел еще безоговорочнее.

А тогда кто? Прусак в манто? Нелегально скрывающийся в недрах списанного линкора член тайного общества «Союз практикантоненавистников и компьютерных неумех» ? Н-да…

Предаваясь подобным размышлениям, Чин-Чин восстановил первозданный вид пускового файла и на всякий случай погнал программу через комплект-ревизор: хыбы имеют обыкновение охотиться стаями.

Системный блок безумолчно стрекотал, подслеповато помаргивал индикаторами; ревизор скрупулезно чихвостил файл за файлом на предмет работоспособности, соответствия функциональному назначению, наличия некорректных символов и прочих аномалий… Въедливый он, ревизор-то, обстоятельный да придирчивый, и программа ему в работу досталась не из коротких… Чин прикинул, сколько времени в среднем съедает проработка одного файла да сколько файлов еще ждет своей очереди, — результат сулил чуть ли не целых двадцать минут бездельного ожидания. Ох-хо-хо… Вот что бывает, когда на чужой машине запускают сервисеры, не дав себе труда заглянуть в исходные установки. Изверг почему-то настроил ревизор (наверное, и не только его) на совершенно зверский режим контроля — с тройной перестраховкой, «маниакалыциной» и прочими прибамбасами. Похоже, Виктор Борисыч преизрядно опасался за свое программное обеспечение. Кстати, не из-за давешних ли угроз предполагаемого Молчанова, великого хакера, возникла эта опаска?

Конечно, можно было бы ускорить ревизию, приостановив ее и смягчив установочные параметры, но Чин рассудил по-иному. Пускай себе ревизия тянется, как тянулась. Спешить покамест некуда, а использовать легальное пребывание за компьютером можно и должно с пользой не только для однокашников, но и лично для себя любимого. Например, не грех бы разобраться в управлении блокшивскими подслушивающими устройствами, о которых как-то обмолвился Изверг — не ровен час пригодится.

Предоставив комплект-ревизору делать дело, Чин перебрался в одно из параллельных операционных полей и занялся делишками. Программ-пакет, отвечающий за внутреннее обеспечение вообще, отыскался легче легкого; столь же просто нашлись диспетчер подслушек, банк подслушанной информации, еще кое-что интересное… Единственное осложнение — пришлось взламывать пароль, рассчитанный исключительно на честных идиотов (между прочим, выражение «честный идиот» Чинарев считал тавтологией из разряда «масло масляное»).

Соблазн отключить подслушки в своей каюте и еще кое-где самовольничающий студент поборол: заопасался, что диспетчер-программа сочтет такую команду аномальной и наябедничает в главную управляющую систему. А вот подслушать беседу господ караван-командора и линкор-капитана — это да… Тэ-экс, где тут у нас каюта Изверга?