Марго лежала и смотрела в небо, наблюдая за танцем золотистых искорок. И постепенно становилась невесомой. Ветер в глубине кладбища стал сильнее. Пустые кроны каштанов зашумели громче, в облаках раздался далекий сильный звук воздушной стремнины, прекрасный, будто пение ангела. Марго растворялась в этом голосе, точно льдинка в горячей воде. Она чувствовала, как мир прорастает в ее тело тонкими светящимися волосками. Вот до нее дотянулись каштаны, и пустили по ее телу свои просыпающиеся весенние силы. Вот серебристые нити из Земли окутали теплым покалывающим кожу коконом. Вот ветер вдохнул в ладони мощь своего дыхания. Вот и солнечный свет побежал по жилам, наполняя их огненным соком.

«Кто ты? — мысленно обратилась Марго к невидимому властелину радости. — Добро ты или Зло? Откликнись!» Белое облако, сначала бывшее всадником, превратилось в сияющего ангела, и медленно двигалось на Восток.

Наверное Марго уснула, потому что никаких воспоминаний об этом отрезке времени у нее не осталось. Осталось только одно — откуда-то из пустоты, из невидимого на нее надвинулась вспышка сияющего белого света. Надвинулась и вошла в тело Марго, как свет входит в стекло, как вода входит в песок. И Марго затрепетала, наполняясь жизненной силой.

Открыв глаза, она увидела, что мир как-то неуловимо изменился — будто кто-то передвинул разом все предметы. Будто они доселе были чужими, а теперь — твои. Так, словно все это стало частью твоего тела, как рука или нога.

Марго поднялась и с удивлением оглядывалась вокруг.

В углу кладбища на ровненькой довольно обширной площадке она заметила старуху, которая медленно танцевала причудливый танец. Старуха двигалась так, будто мышцы не принимали в этом движении никакого участия. Будто она висела на тонких световых нитях. Если старуха приседала, то казалось, что сквозь ее макушку проходит стержень, если наклонялась, то казалось, будто она дерево, которое клонит ветер…

«Почему я мерзкая?»

Около дома Аурелии стоял фургончик, на котором мадам Гасион возила инструмент к метро.

— Привет! — поздоровались парни, неся мимо Марго старую арфу к дому.

А вот и сама мадам Гасион.

— Марго, добрый день, деточка! — улыбнулась старуха. — Вы не передумали зайти ко мне? Может быть, у вас все-таки обнаружится слух? Давайте проверим? А? Хотите, прямо сейчас?

— Ой, мадам Гасион! — простонала Марго. — Вы меня извините, но я всю ночь… ну вы понимаете. Я сейчас не в состоянии.

— Да?! — с жалостью нахмурилась мадам и стиснула Кошины пальцы. — Но, может быть, завтра? Зайдите ко мне, деточка. Я уверенна, что у вас есть слух.

— Хорошо-хорошо, — закивала Марго. — У Аурелии есть ваш телефон. Я позвоню.

— Спасибо. Извините. Извините, ради бога! О бондьо! О парбльо! О-ла-ла!

Так они дошли до квартиры мадам Гасион, и Марго с облегчением простилась с соседкой.

В квартире Аурелии Марго нашла тишину и покой. Собаки, соскочив с кресел гостиной, прибежали к Марго поздороваться и выразили свою любовь поскуливанием, стуком виляющих хвостов о косяки и попытками вскочить на грудь и лизнуть в нос.

— Ну-ну! — отмахнулась Марго и направилась к себе. — Лео! Аурелия! Бонсуар!

Но никто не откликнулся, из чего Марго сделала вывод, что кроме собак еще никого и нет. Дойдя до своей комнаты, Марго помедлила — вдруг ей показалось, что бумажный портрет зеленой статуи, что висел в простенке между комнатой Марго и спальней супругов Пулетт слишком агрессивно взглянул на нее.

Марго замерла и медленно повернула голову. Портрет, конечно, был бумажный и висел на стене, но что-то в нем было не так. Марго протянула руку, чтобы потрогать глянцевую поверхность, но тут раздался голос Аурелии.

— Я тут! — сказала она громко в комнате Марго.

Коша толкнула дверь и увидела, что квартирная хозяйка сидит на стуле напротив всех начатых холстов и созерцает с блаженной сладостной улыбкой «Мусю на пляже».

— Привет! Какие у тебя странные очки! — воскликнула Ау.

— Это очки Поля. — Марго сняла их, положила в шкафчик и прямо в куртке опустилась рядом с Ау на пол. — Он одолжил мне. У нас была вечеринка…

— Весело было? — продолжала допрос Ау. — Почему вы не позвали меня?

— Это Поль всех приглашал…

— Что у тебя с лицом? Вы подрались?

— Нет, — сказала Марго и поджала распухшую губу. — Я упала.

— Вы напились? Курили анашу? — подозрительно посмотрела на нее Аурелия.

— Нет. — Марго помотала головой.

— Я так боюсь, что мой брат станет наркоманом. Правда, он талантливый?

— Н-да. — кивнула Марго.

— Он нравится тебе?

— Ну так? Нормальный парень, — Марго пожала плечами и откинулась к боковине кровати.