Читаем Сын ХАМАС полностью

Постепенно я подружился с одной девушкой из этой группы. Мне нравилось разговаривать с ней, и я сразу стал доверять ей. Когда я поделился с ней частью моей духовной истории, она очень ободрила меня, напомнив, что Бог часто выбирает самых удивительных людей. Так было и со мной.

Однажды вечером мы ужинали в ресторане американской колонии в Восточном Иерусалиме, и моя подруга спросила, почему я до сих пор не крещен. Я не мог объяснить ей, что я агент Шин Бет и по уши увяз в политической жизни региона. Это был закономерный вопрос, я и сам задавал его себе много раз.

— А ты можешь окрестить меня? — спросил я.

Она с готовностью согласилась.

— А ты можешь сделать так, чтобы это осталось между нами?

Она кивнула, добавив:

— Пляж совсем рядом. Пойдем прямо сейчас.

— Ты серьезно?

— Конечно, почему нет?

— Ну ладно. Действительно, почему нет?

Конечно, в голове у меня «гулял ветер», когда мы сели в автобус, следовавший до Тель-Авива. Забыл ли я, кем был? Доверился ли этой девушке из Сан-Диего? Через сорок пять минут мы шли вдоль переполненного пляжа, упиваясь сладким, теплым вечерним воздухом. И никто из этой толпы отдыхающих не знал, что сын лидера ХАМАС — террористической группировки, взявшей на себя ответственность за убийство двадцати одного подростка в «Дельфинариуме», — собирается принять христианство.

Я снял рубашку, и мы вошли в море.

* * *

В пятницу, 23 сентября 2005 года, я вез отца домой из лагеря беженцев около Рамаллы, когда у него зазвонил телефон. «Что случилось? — я слышал, как он рявкнул в телефон. — Что???»

Отец казался очень взволнованным.

Закончив разговор, он рассказал мне, что звонил представитель ХАМАС в Газе Сами Абу Зухри и сообщил, будто израильтяне только что убили множество хамасовцев на митинге в лагере беженцев Джебалийя. Звонивший настаивал, что он лично видел, как израильский самолет запускал ракеты в толпу. «Они нарушили перемирие», — сказал он.

Отец столько сделал для этого перемирия — всего семь месяцев назад. Теперь оказалось, что все его усилия были напрасны. Он не доверял Израилю и был в ярости от его вероломства.

Но я не поверил этому сообщению. Отцу я ничего не сказал, но, по-моему, вся эта история дурно пахла.

Позвонили с канала «Аль-Джазира». Они хотели дать в эфир интервью с отцом, как только мы приедем в Рамаллу. Через двадцать минут мы сидели у них студии. Пока крепили микрофон, я позвонил Лоай.

Он заверил меня, что Израиль и не думал ни на кого нападать. Я был в ярости и попросил продюсера дать мне посмотреть запись этого инцидента. Он отвел меня в диспетчерскую, и мы просматривали пленку снова и снова. Было ясно, что бомба лежала на земле, а не упала с неба.

Шейх Хасан Юсеф был уже в эфире, разглагольствуя о предательстве Израиля, угрожая концом перемирия и требуя международного расследования.

— Теперь тебе лучше? — спросил я его, когда он вышел.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду — теперь, после твоего заявления.

— А почему мне не должно быть лучше? Я не могу поверить, что они это сделали.

— Хорошо, что не можешь, потому что они этого не делали. Это дело рук ХАМАС. Зухри — лжец. Пожалуйста, пойдем со мной, я тебе покажу кое-что.

Отец последовал за мной в маленькую комнатку, где мы посмотрели видео еще несколько раз. «Посмотри на взрыв. Смотри. Он идет снизу вверх. Бомба лежала на земле».

Позднее мы узнали, что пока бойцы ХАМАС в Газе красовались во время демонстрации, щеголяя своим оружием, в багажнике припаркованного пикапа взорвалась ракета «Кассама», при этом было убито пятнадцать человек и гораздо большее число людей ранено.

Отец был потрясен. Однако ХАМАС был не одинок в своем покрывательстве лжи и корыстном обмане. Несмотря на имеющуюся видеопленку, «Аль-Джазира» продолжала давать в эфир ложь. Теперь ситуация стала хуже. Гораздо хуже.

В ответ на фальшивый теракт в Газе ХАМАС выпустил около сорока ракет на города южного Израиля — первая серьезная атака с тех пор, как Израиль завершил вывод войск из сектора Газа неделей ранее. Отец и я смотрели новости вместе с остальным миром. На следующий день Лоай предупредил меня: кабинет расценил действия ХАМАС как нарушение перемирия.

В новостях процитировали слова генерал-майора АОИ Исраэля Зива, главы оперативного отдела: «Было решено начать длительную массированную атаку на ХАМАС». Репортер добавил: «Израиль готовится развернуть кампанию против верхушки ХАМАС» — практика, приостановленная во время перемирия. «Твой отец будет одним из первых», — сказал мне Лоай по телефону. «Ты спрашиваешь моего разрешения?» — «Нет. Они требуют именно его, и мы ничего не можем с этим поделать».

Я был в ярости. Но отец не запускал никаких ракет прошлой ночью. Он не отдавал приказов. Он не имеет к ним вообще никакого отношения. Это все идиоты из Газы^{14}.

Наконец я выдохся. Я был раздавлен. Лоай нарушил молчание.

— Ты здесь?

— Да, — я сел. — Это нечестно… но я все понимаю.

— Ты пойдешь с ним, — сказал он тихо.

— С ним? Куда? В тюрьму? Забудь об этом! Я не вернусь назад. Мне наплевать на прикрытие. С меня хватит. Я умываю руки.