— Мне нужен лишь Гвидо, остальные смогут покинуть это место, сохранив жизни и разум. В противном случае я убью всех.

— Не слушайте его! — заорал Гвидо. — Он не даст вам уйти, так ему будет лишь проще справиться с нами. У него уже нет сил, он пустой!

— Чтобы убить вас, хватит и этого, — уверил я. — Но ты зря сопротивляешься. Я хочу предложить сделку. Ты поедешь с нами, и будешь заложником, пока мы не покинем земли владетеля. Затем я отпущу тебя.

— Лжешь ради своей выгоды? Боишься, что владетель насадит твою жопу на вертел? Так и будет! Не пройдет и дня, как вам придется держать ответ перед ним и полсотней его воинов. Посмотрим, как ты заговоришь тогда!

— Хватит, я устал от этой пустой болтовни. Я дал вам выбор, а теперь даю вам время пока я буду считать до десяти. И помните, отступив сейчас, вы не только спасете свои жизни, но и сохраните жизнь своему господину. Раз… Два…

Иногда нужно подсластить пилюлю, чтобы тяжелый выбор дался легче. Сбежать и бросить хозяина из трусости — это одно, а через силу отступить, дабы сохранить господину жизнь — это уже совсем другое. Тут даже благородством попахивает. В общем, досчитать я успел до восьми.

Более того, чтобы их командир не дай бог не увязался за ними, ближники схватили его и даже связали ему руки и ноги. Орал и матерился Гвидо при этом очень громко. Сначала грозился всем лютыми пытками, а позже пытался дозваться до стражи, оставленной охранять повозки, но безуспешно. Даже если они что-то и услышали, то на таком расстоянии разобрать кто и что кричит точно не смогли бы. А проверять, что происходит на поляне им, скорее всего, запретил сам Гвидо. Тем более, что и рот вскоре его был заткнут тряпкой.

Обещание я свое сдержал и уродов этих отпустил. Хоть они все и заслуживали смерти, но рисковать своими людьми я не стал. День итак выдался тяжелым, а ведь еще ничего не закончилось. Еще нужно было забрать нашу телегу с грузом, проехать через половину владения Гариго, попутно забрав купца, и при этом не быть утыканными и порубленными озлобленной дружиной владетеля. Надеюсь, я не ошибся в своей оценке относительно него. Но перед этим нужно доделать дела здесь.

— Горунар, отвяжи девушку и дай ей чем укрыться. Колтун, пригляди за нашим «господином», в случае чего сломай ему ноги. Я обещал ему жизнь, но не здоровье. Вы двое, смотрите за тварями, если вновь появятся дайте знать. Хорки, ты… **#*#**, а где Хорки⁈

Глава 7

Наемник нашёлся на одном из деревьев, буквально в десятке метров возле поляны. Сидел он на толстой ветке и с опаской поглядывал на двух в а ргов, что караулили его на земле.

— Ну и чего ты там сидишь? — спросил его я, держась при этом на приличном расстоянии. — Там уже без тебя все дела закончили.

— Воздухом свежим дышу, — в ответ крикнул он. — А то знаешь ли, надоела эта пыль дорог. А тут прям хорошо, спокойно. От свежести аж голова кружится. Ну или от того, что из меня крови уже полведра накапало…

Ранен значит. Поэтому в а рги, действующие сейчас исключительно на инстинктах, вернулись к дереву и теперь считают нашего товарища своей законной добычей. Так просто от дерева они теперь не отойдут. Даже вспомнилась история со спасением пацана у деревни Заречной, вот только там хищники были раза в полтора поменьше.

— Ясно, сиди тогда на месте. Никуда не уходи.

— Ага, не буду. Но если честно, не смешно.

Мы вернулись с братьями на поляну, где пока всё было спокойно. План, как отвлечь тварей от раненого наемника, у меня был, но вряд ли он всем понравится. Он даже мне не нравился. С другой стороны, это было куда лучше, чем пытаться заколоть двух здоровенных озлобленных зверюг, уже почуявших кровь своей жертвы.

— Хорки ранен и застрял на дереве. Его караулят в а рги. Знаю, кому-то придется не по душе, что я скажу, но я предлагаю скормить им того бедолагу, которого я недавно проткнул копьем. Он еще дышит, но это дело поправимо. Мы все равно уже ничем ему не сможем помочь, и он так и так покинет этот бренный мир в ближайшие пару часов. Да и человеческого в нем после ритуала вряд ли что-то осталось. Если кто против, говорите сразу. Тогда придется Хорки выручать своими силами, его я точно не брошу.

— Ну, он вроде и не человек уже, — ответил за всех Колтун. — Вон лежит раненый, в небо смотрит, и даже не мычит. Словно и боли нет.

— А он ее и не чувствует.

— А почему не тело колдуна? — спросил Пруст.

— Потому что, кто его знает, как они на него отреагируют. Еще недавно они ему подчинялись. Да и тело это я хочу еще осмотреть, а время не ждет.

После небольшой паузы, не услышав больше возражений, я подвел итог.

— Молчите, значит с предложением согласны. Тогда потащили скорее, пока наш древолаз не свалился без сознания.