Читаем Свой круг полностью

— Да вот так и пропал. Неприятности у меня. Травят, преследуют. И насчет несчастного случая, и другое. Знаете же, какие есть ретивые работнички в наших славных органах…

Напряженность в голосе исчезала, он выпрямился, перевел дух и заговорил совсем свободно.

— Конечно, надо разобраться. До чего дошло — провокацию устроили. Самую настоящую провокацию! Золото подбросили, валюту. Да от них и говорю. А как же, — он победоносно глянул в мою сторону. — Следователь Зайцев сидит напротив. Алло, алло!

Он нервно ударил по рычагу, спешно набрал номер.

— Сергей Степанович! Разъе… Алло!

— Попробуйте еще раз, — предложил я. — Может, что-то с линией?

Но в выпуклых глазах подследственного проступило понимание.

— Трубку бросает, не хочет говорить, — упавшим голосом пояснил он сам себе.

— Может, кому другому позвоните?

— Все одинаковы! — зло выдавил Золотов. — Каждый держится за кресло и трясется за свою шкуру!

Он обессиленно откинулся на спинку стула, закрыл глаза, просидел так около минуты.

— Что за беззаконие? Почему меня арестовали? Где санкция прокурора?

— Санкция будет, — заверил я. — А пока вы задержаны по подозрению в совершении нескольких преступлений. В частности — незаконных валютных операциях, об остальных поговорим позднее. Расскажите, откуда золотые монеты, валюта, как вы собирались их использовать?

Золотов скривил губы.

— У меня золото — только фамилия. А если бы и были монеты, использовал бы их очень просто: вставил зубы и закатился с хорошей девочкой в круиз по Дунаю, а на валюту развлекался в баре.

— А изъятые ценности?

— Подумаешь! Да ваш дружок и подкинул. Он шустрый, этот опер. Теперь понятно, зачем вы ему меня в ресторане показывали!

Мне стало смешно.

— Там тысяч на пятьдесят добра. Кто и где может раздобыть такую сумму для вашей компрометации? Прикиньте сами!

— Не знаю, как вы свои делишки обделываете, — огрызнулся он. — И знать не хочу!

На вопросы больше не отвечаю, требую прокурора. Все!

— Что же, дело хозяйское. — Я заполнил протокол задержания, собрал бумаги и встал. — Мы вернемся к этому разговору. Подумайте, как вести себя, чтобы не выглядеть смешным.

Из райотдела я зашел домой пообедать, затем вернулся в прокуратуру, доложил Белову результаты работы.

— Развели аферистов, — недовольно бурчал прокурор, будто именно я занимался столь неблаговидным делом. — Маскируются под порядочных, вводят в заблуждение честных людей! Мне уже звонили некоторые товарищи, к которым этот проходимец втерся в доверие. Вы должны критически подходить к его показаниям, — шеф многозначительно постучал по столу ребром металлической линейки. — Он может умышленно опорочить тех, кого обманул…

— Сами обманывались! Небось на даче гулеванили, в баньке парились, а теперь в кусты?

Белов нахмурился.

— У него же на лбу не написано, что он? фохвост!

— А по-моему, как раз написано, и крупными буквами. Для тех, кто хочет прочесть.

Мы с шефом опять не сошлись во мнениях. В последнее время это случалось все чаще. Пожалуй, у меня два пути: стать внутренним оппозиционером, как Лагин, или уходить. В другой район, в городскую, а может, вернуться к мысли об аспирантуре?

В моем кабинете Лагин беседовал с практикантами. На коленях у него лежала знакомая книжка в яркой обложке.

— …не советчик, прочел, чтоб дежурство скоротать. И вообще не люблю фантастику.

— Да при чем здесь фантастика? — горячился Валек. — Это форма, а суть вполне реальна!

— Глупости. Выдумка — она выдумка и есть, — изрек Петр.

Валек повернулся ко мне.

— Давайте спросим Юрия Владимировича, он тоже читал.

— О чем спор?

— О псевдосах, — буднично, будто разговоры о кошмарных обитателях вымышленной планеты велись в прокуратуре каждый день, ответил Лагин. — Валя считает, что наши подследственные и есть псевдосы.

— Не все, — уточнил Валек. — Хулиганы, грабители, блатата всякая не в счет — их за версту видно, с ними все ясно. А вот замаскированная сволочь, чистенькие оборотни — куда опасней! Не только обворовывает нас — души высасывает, уродует людей, калечит…

— Преувеличиваешь, — снисходительно отмахнулся Петр. Лагин слушал внимательно, я видел, что Валек его заинтересовал.

— Скорей преуменьшаю! Сколько пацанов завидует барменам, кладовщикам, закройщикам! Не летчиками мечтают стать, не космонавтами, там учиться долго надо, математику проклятую осиливать, мозги напрягать и вообще — риск, перегрузки… А здесь — раз, и в дамках!

— Хочешь сказать, что раньше кумиром был летчик-испытатель, а теперь — жирный торгаш в красной «Ладе»? — хитро прищурился Лагин.

— Именно так! А что, не правда?

— Но не для всех же, — Петр говорил как умудренный родитель с глупым несмышленышем.

— Даже если для одного! Значит, его и высосал псевдос! Про что книжка?

Космические приключения? Черта с два! Рыжее солнце, бластеры, блокирующие спутники — это антураж, условность. Главное — псевдосы среди людей! И неважно где — на далекой планете или на Земле. Если хотите, Леда и есть Земля!

— Ну ты загнул! — Петр засмеялся.