Читаем Свободная полностью

– Послушай, а как тебе такое предложение? Ты пробудешь дома еще пару дней, верно? И я тоже никуда не собираюсь уезжать. – Я замечаю, как в его голове всплывают мысли о колледже, но он почему-то решает не говорить мне об этом. – Давай съездим на рыбалку? Или поднимемся на гору. Дай нашим отношениям еще один шанс.

Я никогда не хотела ничего так сильно, как этого, и, видимо, Такер замечает неуверенность, отразившуюся на моем лице.

– Я должен был сражаться за тебя, Клара. Даже если бы мне пришлось противостоять тебе самой. Мне не следовало отпускать тебя.

Я закрываю глаза, зная, что если он поцелует меня, то все мое сопротивление тут же падет.

– Это не твоя вина, – шепчу я.

А затем, скорее желая защитить себя, чем причинить ему боль, я призываю венец. Не предупреждая. Не сдерживаясь. Я начинаю сиять, заполняя светом всю комнату. Даже волосы пылают в полутьме.

– Вот кто я.

Такер косится на меня, упрямо сжимая челюсти. Но не отступает.

– Я знаю, – говорит он.

Я делаю шаг к нему и, сократив расстояние между нами, прижимаю руку к его побледневшей щеке. Такер начинает дрожать.

– Вот кто я, – расправляя крылья, повторяю я.

Его колени подгибаются, но он упрямо стоит на ногах. А затем, к моему удивлению, кладет руку мне на талию и притягивает к себе.

– И я принимаю это, – шепчет он.

После чего, вздохнув, наклоняется, чтобы поцеловать меня.

Наши губы соприкасаются, и я чувствую, как его охватывает чувство победы, но неожиданно Такер отстраняется и поворачивается к входной двери, откуда доносится громкий вздох.

В дверях стоит Кристиан.

– М-да, – ухмыляется Такер. – А ты умеешь испортить момент.

После чего у него подкашиваются ноги, и он падает на колени. Я тут же отпускаю венец.

Кристиан с нечитаемым выражением на лице сжимает в одной руке диск с фильмом «Добро пожаловать в Zомбиленд», а вторая стиснута в кулак.

– Думаю, мне лучше вернуться попозже, – говорит он. – Или вообще не возвращаться.

Такер все так же сидит на полу, пытаясь прийти в себя.

– Он только что пришел, – подойдя к Кристиану, объясняю я. – Я не хотела, чтобы ты…

– Увидел это? – заканчивает он за меня. – Класс. Спасибо, что подумала о моих чувствах.

– Я пыталась объяснить ему свою точку зрения.

– Отлично, – говорит он. – Дай знать, когда закончишь.

Кристиан поворачивается к двери, но замирает, а его спина напрягается. Кажется, он хочет сказать что-то обидное, о чем пожалеет позже.

– Не надо, – прошу я.

И в этот момент у меня резко начинает кружиться голова. Я слышу странный, свистящий звук, похожий на гул ветра, а в нос ударяет отчетливый запах дыма. Кристиан поворачивается ко мне, и я вижу, как он хмурится от того, что уловил в моих мыслях. Это тревожит его.

А затем я теряю сознание.

Темная комната наполняется дымом.

Я оказываюсь в видении в тот самый момент, когда тьму рассеивает свет, и внезапно понимаю, что он вызван не сиянием венца. А пламенем. Огненный шар проносится над моим плечом и врезается в стену у меня за спиной. И в тот же миг Кристиан кричит: «Ложись!» Я резко падаю на пол, а он попросту перепрыгивает через меня, сжимая в руке яркий и смертоносный меч Света. Его сияние ослепляет меня, поэтому несколько мгновений я вижу лишь размытые фигуры, кружащие вокруг Кристиана, удары которых он отражает своим мечом. Я отползаю назад, пока спина не упирается во что-то твердое, после чего оглядываюсь через плечо, чтобы посмотреть, что загорелось.

Пламя расползается по стене комнаты, поджигая бархатные занавески, словно это тонкая бумага. Через пять минут это место превратится в ад на земле. Стараясь успокоить колотящееся сердце, я сглатываю и встаю на колени, а затем и на ноги. Нужно помочь Кристиану. Нужно начать сражаться.

«Нет, – мысленно говорит он. – Лучше найди его. Беги».

Снова до нас доносится пронзительный, тонкий и испуганный крик. Дым заволакивает помещение, не давая вздохнуть, но я отворачиваюсь от Кристиана и того места, где должен находиться выход, и устремляюсь вперед.

Кашель дерет горло, а глаза слезятся, поэтому неудивительно, что я ударяюсь о край какого-то деревянного предмета, доходящего до груди. Удар настолько сильный, что выбивает последний воздух из легких. Я прищуриваюсь, чтобы разглядеть, на что наткнулась, и мне наконец-то это удается.

Это сцена.

Я оглядываюсь по сторонам, чтобы подтвердить свою догадку, но все настолько очевидно, что остается только удивляться, почему я не поняла этого раньше. Все кусочки головоломки тут же встают на свои места: наклонный пол зрительного зала, белые скатерти на столах в первых рядах, кресла с металлическими спинками. Бархатные занавески, запах опилок и краски.

Мы в «Розовой подвязке».

И в этот момент я понимаю, что за крики доносятся до меня. Это плач ребенка.

– Клара!

Я открываю глаза и понимаю, что каким-то образом оказалась на полу в гостиной. Две пары глаз – одна голубая, а вторая зеленая – с беспокойством смотрят на меня сверху вниз.

– Что произошло? – спрашивает Такер.

– Ты вновь была в темной комнате, – уверенно говорит Кристиан.