Читаем Свободная полностью

А затем Венди тянет меня за руку, и мои ноги как по волшебству вновь вспоминают о своих обязанностях. Поэтому я разворачиваюсь и убегаю оттуда. Да, мне определенно есть чем гордиться. Лишь преодолев три квартала, я замедляю шаг, а затем останавливаюсь и жду, пока Венди догонит меня.

– Что ж, – с трудом выдыхает она, – это было так волнующе.

И, думаю, она говорит не о представлении.

Выбрав окружной путь, мы возвращаемся к моей машине. А когда пристегиваемся ремнями безопасности и я тянусь к рычагу переключения передач, она вдруг протягивает руку и выдергивает ключи из замка зажигания.

– Так, значит, ты все еще любишь моего брата, – говорит она.

Я молча пытаюсь забрать у нее ключи, но она добавляет:

– Нет уж, сначала мы поговорим.

Но я не собираюсь ей отвечать, потому что борюсь с позорным желанием расплакаться вновь.

– Так, давай выкладывай все начистоту, – возмущается она. – Ты же все еще любишь его.

Я прикусываю губу, но затем решаюсь ответить:

– Это не имеет значения. Я стараюсь забыть его. А он уже позабыл меня. Ведь ясно же, что он встречается с Эллисон.

Венди фыркает:

– Такер не любит Эллисон Лоуэлл. Так что не надо раздувать из мухи слона.

– Но…

– Клара. Он любит тебя. Ты единственная, кто занимает все его мысли с тех самых пор, как он впервые увидел тебя. Он смотрит на тебя точно так же, как папа смотрит на маму.

– Но я ему совершенно не подхожу, – печально признаюсь я. – И должна отпустить его.

– Ты серьезно так считаешь?

– Мы не созданы друг для друга, – бормочу я.

Венди снова фыркает:

– Ну, у меня на этот счет другое мнение.

– Ох, ты и правда считаешь, что мы с Такером…

– Не знаю. – Она пожимает плечами. – Но не сомневаюсь в том, что он любит тебя. А ты любишь его.

– Я учусь в Стэнфорде. А он живет здесь. Ты сама говорила, что отношения на расстоянии не срабатывают. Ты же бросила Джейсона…

– Я не любила Джейсона, – возражает она. – К тому же я и сама не знала, о чем говорю. – Она тяжело вздыхает. – Наверное, мне не стоит об этом рассуждать. И я не сомневаюсь, что брат убьет меня, если узнает. Но Такер подал заявление в университет. И планирует уехать туда осенью.

– Что? Куда?

– В Университет Санта-Клары. Теперь ты понимаешь, к чему я клоню?

Я ошеломленно киваю. Университет Санта-Клары находится всего в нескольких километрах от Стэнфорда.

Я стараюсь успокоить колотящееся сердце.

– Ты совершенно не умеешь хранить секреты.

Венди кладет ладонь на мою руку.

– Знаю. Но ведь отчасти я виновата во всем этом. Именно я свела вас вместе тем летом. Я и мои ботинки.

– Это действительно так.

– Ты моя подруга, а он мой брат, и я хочу, чтобы вы были счастливы. И если бы вы дали своим отношениям шанс, то смогли бы сделать друг друга счастливыми.

Эх, если бы все было так просто.

– Все, о чем я прошу, поговори с ним еще хотя бы раз. Вот и все, – добавляет Венди.

– И что же мне ему сказать?

– Правду, – уверенно говорит она. – Расскажи ему о своих чувствах.

«Просто потрясающе», – думаю я, плача из-за Такера. Да, сейчас меня бы точно не причислили к феминисткам. К тому же это противоречит всему, чему учила меня мама – что я сильная, способная, что мне не нужен мужчина, чтобы быть счастливой, – и вот она я, свернулась калачиком на диване и рыдаю в подушку. А ведь я просто хотела посмотреть какой-нибудь глупый фильм и отвлечься от мыслей о нем. И даже приготовила целую миску попкорна, к которому так и не притронулась. Но оказалось, что на «Нетфликсе» сегодня день романтических комедий.

Я вновь и вновь прокручиваю в голове тот момент на тротуаре. Как Эллисон смотрит на Такера из-под полуопущенных ресниц своими карими, манящими глазами. Как она прикасается к нему, как когда-то делала я. Как она улыбалась!

А он улыбался ей в ответ.

Но при этом он собирается уехать в университет, который находится примерно в тридцати километрах от Стэнфорда. И от мысли, что Такер будет жить недалеко от меня, я превращаюсь в ноющую, переполненную надеждами и заливающуюся слезами квашню.

А вдруг он хочет вновь стать моим парнем? Ведь я тоже этого хочу.

Вот только больше ничего не изменилось. Я все еще остаюсь собой – Т-человеком, маленькой мисс Светлячок. И меня все так же преследуют жуткие видения, которые намекают не только на мою скорую смерть, но и на то, что я предназначена другому. Да и Такер по-прежнему такой же веселый, сексуальный, великолепный, добрый и совершенно нормальный – и при этом такой замечательный. Но стоит мне поцеловать его, как ему станет плохо. Потому что он человек. А я по большей части нет. И когда ему исполнится восемьдесят, я буду выглядеть лет на тридцать. А это неправильно.

Но почему тогда папа велел мне следовать зову сердца? Что он имел в виду?

Я вытираю сопли. Как бы мне хотелось, чтобы Анджела была здесь и привела меня в чувства. Но, боюсь, эта часть нашей дружбы потеряна безвозвратно. Вряд ли теперь она станет обсуждать со мной парней. Она, наверное, сейчас бы убила за то, чтобы оказаться на моем месте. Представлю, каким тоном она бы спросила: «Так ты все еще вздыхаешь по этому ковбою? Разве это новость?»