Читаем Свинец в крови полностью

— Не беспокойся, лапочка. Я уверена, что ты справишься с этой швалью.

Мне предстояло совершить следующий из двенадцати подвигов Геракла: успокоить Лолу, иначе к моему приезду она станет совсем невыносимой. Мне вовсе не улыбалось уцелеть после скверного приема со стороны Томмазо Д'Изолы, чтобы после этого умереть от сексуальных излишеств в объятиях моей помощницы.

— А где ты собираешься добыть пушку? — спросила Лола.

— Ты о чем?

— Об оружии. Не пойдешь же ты к этому типу с голыми руками? Напоминаю, он уже убил трех человек. Алекс, он ненормальный. Тебе нужна пушка. И побольше. Как жалко, что легавые не вернули нам «магнум». И кроме того, ты не можешь отправиться на эту встречу, не составив плана действий. Что ты собираешься там делать?

Об этом я еще не думал, но признаться в этом Лоле было совершенно немыслимо. В случае дурного поворота событий мне хотелось бы остаться в ее памяти супергероем, уверенным в своих силах.

— Все предусмотрено, — сказал я небрежно. — Я больше не могу разговаривать. Я немного спешу. Завтра все расскажу.

Если еще буду жив.

— Обещаешь?

— Клянусь.

— До завтра, красавчик.

— Привет.

Я повесил трубку, несколько разочарованный разговором с Лолой. Моя помощница обладала врожденным даром разрушать мою психологическую защиту. Может быть, у нее были самые лучшие намерения, но ей хватало двух фраз, чтобы моя внешняя уверенность рассыпалась в пух и прах.

Лола была не так уж неправа. Отправиться к Томмазо Д'Изоле без оружия и без плана действий мог только самоубийца. Лучше уж сразу свести счеты с жизнью с помощью хорошей порции водки с фантой.

Мало того, что в пять лет я лишился матери, что в тридцать лет меня бросила самая красивая женщина в мире и меня же обвинили в ее убийстве, так теперь я пер напролом в логово убийцы-рецидивиста. Либо какому-то злому демону был неприятен сам факт моего рождения, либо я обладал немыслимыми способностями уродовать собственную жизнь.

Несмотря на обещание не впутывать в эту историю Тененти, ближе к вечеру я позвонил ему и сообщил о своей неминуемой гибели. Когда я пересказал ему свой разговор с банкиром, он расстроился.

— Алекс, тебя ни на минуту нельзя оставить одного — ты сразу же сделаешь какую-нибудь глупость...

Валяй, Серджо, выпори меня хорошенько. Ты знаешь, я это обожаю.

— Я не знал, что это он — убийца. Я понял это слишком поздно.

— Надо было выиграть время. И ни в коем случае не обещать встретиться с ним сегодня вечером.

— Легко сказать, если он приставил мне пистолет ко лбу. Мне пришлось импровизировать. В подобных обстоятельствах мои мозговые клетки работают довольно медленно. Хотел бы я увидеть тебя на моем месте.

Вслед за бьющим через край энтузиазмом Лолы замечания Тененти уничтожили последние крохи моей уверенности. Я был на грани нервного срыва, а он не мог придумать ничего лучшего, как снова и снова указывать мне на мои ошибки. Нет, меня действительно окружала команда тонких психологов...

В конце концов Тененти понял, что не стоит лишать меня последних рубежей обороны.

— Ну, ладно, хорошо... Главная проблема в том, что мы не знаем, где именно Д'Изола собирается произвести обмен. Если бы мы это знали, то, по крайней мере, могли бы приготовить ему небольшой сюрприз. Каким образом ты собираешься освобождать заложницу?

— Я думал, ты мне что-нибудь подскажешь. Мой опыт в подобных делах ограничивается голливудскими блокбастерами. Рано или поздно негодяи совершают какую-то идиотскую ошибку. Однако, поскольку сейчас на карту поставлена моя жизнь, я предпочел бы не рассчитывать на такую вероятность. Лучше иметь запасной вариант на тот случай, если Д'Изола окажется не полным кретином. Кстати, ты не мог бы одолжить мне какое-нибудь оружие?

— Алекс... — вздохнул Тененти. — Я фотограф, а не наемник. Не собираешься же ты швырнуть ему в лицо один из моих аппаратов «лейка»?

— Так что же делать?

— Дай мне время, чтобы кое-что отладить. Не выходи из номера, я сейчас приеду. И главное — ничего не пей.

Тененти приехал в отель, когда уже темнело, а я чувствовал, что готов опустошить мини-бар. По зрелом размышлении мы пришли к выводу, что, если у Д'Изолы имелось преимущество в месте и во времени, мы превосходили его численностью. Это было уже что-то.

В любом случае, если мы хотели передать его в руки правосудия, его надо было взять живым. Мертвый Д'Изола гроша ломаного не стоил. Без его свидетельства никто и никогда не смог бы осудить Марини за убийство моей матери.

Д'Изола позвонил чуть позже одиннадцати. Он назначил мне встречу в подвале некой частной клиники — он был одним из ее совладельцев. Он еще раз напомнил мне, что с моей стороны будет крайне неразумным посвящать в это дело полицию. Я подтвердил ему, что намерен прийти один и принести картину.

— Ну и какая у нас программа? — спросил я Тененти.

— А у нас есть выбор? Идем туда, пытаемся выяснить, где твой отец, меняем девушку на картину и стараемся уйти живыми из этой клиники.

— А доказательства вины Марини? Если мы отдадим ему картину, у нас уже ничего не останется. Все будет закончено. Эти гады выйдут сухими из воды.