Читаем Свадебное пари полностью

— Вам что-то принести, миледи? — спросила Бриджет с полным ртом. Очевидно, она тоже ужинала на кухне.

— О, я не дала вам поесть, простите, — покаялась Серена. Ей следовало бы знать, что в эти часы горничная свободна, потому что госпожа обычно ужинает с сэром Джорджем.

— Все в порядке, мэм, мы почти закончили.

— Как по-твоему, нельзя ли немного позже послать человека с запиской?

— Почему нет, мэм? Куда?

— На Страттон-стрит.

Не один Себастьян горазд на сюрпризы!

— Это не слишком далеко.

— О, юный Тимми все отнесет, мэм. До того как начнет чистить обувь.

— Прекрасно.

Не доев крем, она подошла к секретеру, нацарапала несколько строчек на листке бумаги, сложила, накапала воска из свечи, написала адрес и вынула шиллинг из шкатулки с деньгами.

— Дай это Томми и скажи, что шиллинг — это на портшез, если он захочет его взять, если же нет, пусть оставит себе.

— Да, мэм. Деньги немаленькие за такую короткую поездку, — неодобрительно добавила Бриджет. Она не считала нужным баловать молодых людей ниже ее по рангу.

— Сейчас поздно и холодно, — напомнила Серена.

— Если вы так считаете, миледи, — пожала плечами Бриджет и ушла, унося записку.

Серена снова уселась за стол, но потеряла интерес к еде, поэтому уже через несколько минут подошла к окну с бокалом в руках. Конечно, если Себастьяна нет дома и он вернется к себе только на рассвете, ее маленькое приключение не состоится.

До нее доносился шум из салонов: смех, приветствия, звон бокалов, звяканье столовых приборов. По крайней мере один из банков фаро не будет сегодня в выигрыше. Он не сможет управиться сразу с обоими и придется отдать банк одному из игроков.

Она нашла эту мысль весьма приятной.

Пришедший лакей убрал посуду, оставив ей графин с вином и блюдо с засахаренными фруктами. Через несколько минут появилась Бриджет и сказала, что Тимми оставил записку по указанному адресу, но слуга, принявший ее, сказал, что джентльменов нет дома.

Серена была немного разочарована, но не удивлена. У братьев было много друзей, и вряд ли они станут скучать дома в разгар осеннего сезона. Она тяжело вздохнула и стала решать, что делать дальше.

Если Себастьян не получил записки, то не сможет войти в дом: никто не ответит на стук в боковую дверь. Значит, придется самой ее отпереть и так оставить. Главное — найти подходящий момент. Если она явится слишком рано, слуги могут обнаружить незапертую дверь и снова ее запереть, а если слишком поздно, Себастьяну придется стоять в переулке на холоде Бог знает сколько, прежде чем она доберется туда. И с чего это она взяла, что он захочет ждать?

Итак, когда?

Слуга из салона не улягутся, пока не уйдет последний игрок. Но обычные слуги уйдут отдыхать, как только соберут посуду после первого ужина. Поднимутся они рано, чтобы убрать остатки второго ужина, так что время между обоими ужинами — самое подходящее. Боковой дверью редко кто пользовался, и слуги, которые работают в салонах и обслуживают второй ужин, не подумают ее проверить. Если Себастьян точно последует указаниям, то, невидимый и неслышимый, проникнет в ее спальню.

Перегрин пришел рано, поскольку пьеса, которую он смотрел с друзьями, оказалась неинтересной, а разговоры — скучными.

Извинившись, он, под предлогом важного свидания, ушел и отправился домой. Себастьяна, конечно, не было дома. Зато на столе лежала адресованная ему записка. Перри взял ее, лениво посмотрел на почерк, гадая, узнает ли его. Женская рука, неизвестно кому принадлежащая. Но он догадывается. Он постоял в передней, похлопывая письмом по ладони. Насколько это важно?

Все еще держа записку в руке, он отправился на кухню, где у печи дремал Барт. Заслышав шаги, он вскочил:

— Вам что-то нужно, сэр?

— Нет, просто хотел узнать, когда принесли записку моему брату.

Барт потер глаза.

— Точно не скажу, сэр. Наверное, час назад.

— Хорошо, спасибо. Сегодня ты не понадобишься, так что можешь идти спать.

Перегрин вернулся в переднюю и, хмурясь, снова посмотрел на записку. Должно быть, дело неотложное, если она прислана так поздно.

Решившись, он снова надел шляпу и вышел.

Себастьян не возвращался домой с тех пор, как уехал вместе с леди Сереной. Если они все еще вместе, вряд ли она послала бы записку. Перегрин вспомнил, что Себастьян что-то говорил насчет ужина в «Лебеде» за собором Святого Павла. Можно посмотреть, там ли он еще.

Он нанял кеб и отправился в таверну.

Войдя, он долго старался рассмотреть хоть что-то в облаках табачного и угольного дыма. Здесь было полно народу. Но Себастьян наверняка ужинает наверху. Перри пробился к стойке, где хозяин наполнял кружки элем.

— Наверху ужинает какая-нибудь компания?

Мужчина выпрямился и вытер руки о грязный передник.

— Да. Они еще там, и пока ничего не заплатили.

Перегрин благодарно кивнул и поднялся по узкой деревянной лестнице наверх, где сразу услышал голоса, доносившиеся из комнаты налево. Он толкнул дверь. За столом, уставленным грязной посудой и бокалами, сидели шестеро. Один тряс стаканчик с костями, остальные что-то ободряюще кричали, постукивая бокалами о стол.