Читаем Свадебное пари полностью

— Никогда не находил шлюх привлекательными, — вздохнул Перри. — И будь я проклят, если женюсь на таковой, невзирая ни на какие состояния.

— Ну, братец, у меня не столь утонченные вкусы, — ухмыльнулся Себастьян. — Лакомый кусочек из тех, что подороже, может оказаться неплохим развлечением. По крайней мере всегда знаешь, с кем имеешь дело.

По его лицу, однако, прошла тень, мгновенно замеченная сверхнаблюдательным и сверхчувствительным Перегрином.

Тот ничего не сказал, хотя понял, что брат думает о Серене Кармайкл, женщине, которую любил, женщине, бросившей его без всяких объяснений. За три года, прошедших после измены Серены, Себастьян развлекался как хотел, но никогда не позволял отношениям с женщинами стать чем-то более значительным, чем мимолетная интрижка. Он выбирал любовниц из дам полусвета, балерин и продавщиц апельсинов, а раз или два имел дело с куртизанками из высших кругов общества, но никогда ничего серьезного.

Себастьян поднялся, вальяжно потянулся и направился к двери.

— Что же, мне пора. У Харви есть пара гнедых, которые он подумывает продать. Неплохо бы на них посмотреть. Они прекрасно подойдут для той коляски, о которой я мечтал последний год.

— И как это поможет в твоих поисках идеальной невесты? — осведомился брат.

— Внешние признаки богатства неодолимо притягивают женщин того сорта, которые нам нужны, — весело пояснил Себастьян, выходя на Страттон-стрит. — Ты идешь?

Перегрин обдумал вопрос:

— О, почему бы нет? Сегодня у меня нет никаких особых дел.

— Твой энтузиазм буквально ошеломляет, братец, — усмехнулся Себастьян, взмахом трости останавливая кеб.

Лорд Харли уже хотел уходить, когда братья явились в его дом на Стрэнде. Он приветствовал их вялым взмахом руки.

— Себ… Перри… чем обязан такому удовольствию?

— Хотелось бы взглянуть на ваших гнедых, Харли, если вы по-прежнему намерены их продать, — пояснил Себастьян, бросив извозчику монету.

— Достойному покупателю по достойной цене, — осторожно ответил его милость. — Пойдем на конюшню.

— Уверены, что мы вам не помешали? Похоже, вы куда-то торопились, — заметил Перегрин.

— О, ничего такого, что не может подождать, — заверил Харли. — На Пикеринг-плейс только что открылся новый игорный дом, вот я и подумывал туда заглянуть. Мне говорили, что там стоит побывать.

— Кто владелец?

— Понятия не имею. Какие-то приезжие. Кроули прошлой ночью играл там… говорит, очень высокие ставки.

Лорд Харли свернул в аллею, ведущую в конюшни.

Себастьян опытным глазом оглядел гнедых.

— Что ты думаешь, Перри?

— Не знаю. Джаспер сказал бы, что они выглядят чересчур броско, — ответил Перегрин хмурясь.

— Вздор, — фыркнул Себастьян, наклоняясь, чтобы проверить их копыта и бабки.

— Великолепные создания, Харли.

— Пятьсот гиней, — немедленно отреагировал владелец.

— Я подумаю, — помрачнев, бросил Себастьян и покачал головой: — Я намеревался истратить не более трехсот.

— Что же, я не спешу расстаться с ними.

Харли жестом велел конюху увести гнедых.

— Обдумайте и дайте мне знать. Кстати, не знаю, как вы, но у меня обед в «Уайтс» и затем визит на Пикеринг-плейс. Не хотите составить компанию?

— Только не я, — отказался Перегрин. — Я обедаю в Королевском обществе.

— Астрономы или ученые? — поинтересовался Себастьян, ничуть не удивленный словами брата.

— Ни то ни другое — рассмеялся Перегрин. — В данном случае я обедаю с двумя философами и довольно средненьким поэтом.

— Что же, наслаждайся их обществом.

Себастьян хлопнул брата по плечу.

— А я буду наслаждаться хорошим обедом и визитом в игорный дом на Пикеринг-плейс.

— Не трать все деньги сразу, — предостерег Перегрин уходя.

— Что это означает? — осведомился Харли.

— Просто небольшая братская перепалка, — улыбнулся Себастьян. — Едем в «Уайтс».

В кофейне было полно народу, и мужчины быстро присоединились к сидящим за длинным раскладным столом перед камином, где, несмотря на теплый осенний день, горел огонь. Над ним висел котел с водой, из которого наполняли кофейники, выстроившиеся на буфете у стены. Официанты метались туда-сюда с блюдами жареной баранины и графинами вина. В одном углу шла игра в кости, сопровождаемая возбужденными выкриками игроков, в другом собрались более сдержанные игроки в карты, говорившие спокойно и на пониженных тонах.

Себастьян оглядел комнату, приветствуя друзей и знакомых кивками и взмахами руки, а спутников — поднятым кубком. Как полагается, он вел за столом разговоры на подобающие темы, хотя мыслями был далеко. Треть от девятисот тысяч фунтов — почти невообразимое состояние, особенно для того, кто беден как церковная мышь. Джаспер как глава семьи делал все, чтобы обеспечивать братьев из постоянно уменьшавшихся доходов от Блэкуотер-Хауса, но сам постоянно жаловался, что вот-вот попадет в долговую тюрьму. Тон при этом у него был самый шутливый, хотя младшие братья знали, что угроза вполне реальна. Положение Джаспера только ухудшалось требованиями и просьбами многочисленных родственников, которые, похоже, считали, что упорное игнорирование этих просьб вызвано скорее скупостью, чем отсутствием средств.