Читаем Суфии полностью

Для суфийских Строителей эти три буквы символизировали три медитационные позы. Куфическая буква алиф была символом медитирующего человека, сидящего на коленях. Считается, что именно эта поза для размышления была установлена одним из величайших суфийских учителей Дхун-Нуном Мисри. Она была очень распространена в Турции шестнадцатого столетия. Западные авторы отмечают, что «эта поза удивительно напоминает ту, в которой медитировали масоны». Она изображалась в виде шаблона прямоугольника, используемого всеми строителями – основного символа масонов. По-арабски прямоугольник обозначается словом, образованным от корня РБА, который очень хорошо описывает медитацию через свое второе значение – «ожидание, сдержанность». Очертания второй буквы (арабское ба) напоминают лодку с точкой внизу. Эта фигура очень удачно совпадает со строительным нивелиром – другим масонским символом, представленным в их диаграммах. Буква ба символизирует «простирание и концентрацию». Последняя буква лам своим начертанием напоминает крючок или веревку, загнутую с одного конца. Для Масонов лам символизирует собой «веревку, скрепляющую их всех в союз».

Согласно Суфиям существует девяносто девять божественных имен или атрибутов. Воздействие всех этих имен, развиваемое суфием, формирует завершенную индивидуальность. Сотое имя является тайным и становится известным искателю только после того, как он проникнется духом остальных имен. Строители используют число тридцать три, чтобы указать на одну треть всей системы подготовки, при завершении которой человек достигает просветления первой ступени. Если пользоваться числовой системой арабского алфавита, где каждой букве соответствует определенное число, то число тридцать три получится из буквы Л (30) и буквы Дж (3). Это – единственный способ, которым данное число можно разложить по системе Абджад. Если считать эти две буквы словом, то оно будет шифром или же посвятительным обозначением первой трети суфийского озарения. Но есть ли в арабском языке слово ЛДж или ДжЛ? Да, конечно, в арабском языке есть оба этих слова. Корень ЛДж означает «пламя» и символизирует для суфия озарение, пламенное желание любви. Корень ДжЛ образовывает слово «блистательный». Пылающий меч, считающийся эмблемой масонов, используется Строителями именно в этом смысле – тридцать три имени.

Что же можно сказать о сотом имени? Хотя это может показаться странным, но похоже на то, что оно первоначально выражалось необычным (ныне искаженным) символом, напоминающим букву Г и расположенным в масонской звезде среди остальных регалий. В культе Строителей эта Г заменяется арабской буквой К, которую она очень напоминает.[45] Буква К символизирует собой тайну, конечный элемент. По системе Абджад букве К соответствует числовой эквивалент сто.

Коды внутри кодов и использование букв и цифр для передачи определенных смыслов, понятных только посвященным, можно назвать сигнатурой метода дервишеских поэтов. Соответственно, когда мы видим такое количество совпадающих деталей в дервишеской и масонской криптографии, простыми совпадениями это трудно назвать, скорее, и те, и другие пользовались идентичной системой. Пойдем дальше. Если добавить букву К (скрытую силу) к трехбуквенному слову АЛБ, опустив при этом букву А, получим следующую панораму скрытых значений:


К-АБЛ = заблаговременный, первый, приор (сан архиепископа в культе).

К-АЛБ = сердце (суфийский символ размышления и тайного метафизического контакта).[46]

Л-аКБ = титул; почетный (отличительная особенность культа).


Неизвестно, случайно или нет, но сумма числовых эквивалентов букв К, Л и Б равняется 132. Это число можно представить и в таком виде: 132 = 32 + 1 = 33. Строители считают, что здесь содержится намек на тайное учение, переданное в обстановке большой секретности человеком, имя которого, разложенное с помощью этого метода, тоже сводится к числу 33. Вот как это имя пишется по-арабски:



Прочитав эти буквы по правилам арабской орфографии, мы получим имя Мухаммед. Теперь мы подошли к той стадии, где Строители раскрывают, что суфизм, который они практикуют, был частью тайного учения самого Мухаммеда.

Число 33, или же букву К, суфийские Строители пишут внутри пентаграммы, а иногда внутри звезды, составленной из двух треугольников. Другие эзотерические традиции считают эти два совмещенных треугольника символом женского и мужского начал – воздуха и огня и т. п. Но для суфийских масонов нижний треугольник имеет форму арабской цифры 7, а верхний – схематически представляет цифру 8. Шесть сторон этих двух треугольников дают еще одну цифру – 6. Итак, эта фигура является для Строителей числом 786, которое представляет собой сумму числовых эквивалентов букв религиозной формулы Бисмиллах ар-Бахман, ар-Рахим. Смысл фразы соответствует тексту на суфийском распятии, найденном в Ирландии и относящемся к IX в. – «Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного».

Перейти на страницу:

Все книги серии Канон 2.0

Суфии
Суфии

Литературный редактор Evening News (Лондон) оценил «Суфии» как самую важную из когда-либо написанных книг, поставив её в ряд с Библией, Кораном и другими шедеврами мировой литературы. С самого момента своего появления это произведение оказало огромное влияние на мыслителей в широком диапазоне интеллектуальных областей, на ученых, психологов, поэтов и художников. Как стало очевидно позднее, это была первая из тридцати с лишним книг, нацеленных на то, чтобы дать читателям базовые знания о принципах суфийского развития. В этой своей первой и, пожалуй, основной книге Шах касается многих ключевых элементов суфийского феномена, как то: принципы суфийского мышления, его связь с исламом, его влияние на многих выдающихся фигур в западной истории, миссия суфийских учителей и использование специальных «обучающих историй» как инструментов, позволяющих уму действовать в более высоких измерениях. Но прежде всего это введение в образ мысли, радикально отличный от интеллектуального и эмоционального мышления, открывающий путь к достижению более высокого уровня объективности.

Идрис Шах

Религия, религиозная литература

Похожие книги

Exemplar
Exemplar

Генрих Сузо (1295/1297—1366) — воспитанник, последователь, апологет, но отчасти и критик своего учителя Майстера Экхарта (произведения которого уже вышли в серии «Литературные памятники»), суровый аскет, пламенный экстатик, проповедник и духовник женских монастырей, приобретший широкую известность у отечественного читателя как один из главных персонажей знаменитой книги И. Хёйзинги «Осень Средневековья», входит, наряду со своим кёльнским наставником Экхартом и другом Иоанном Таулером (сочинения которого еще ждут своего академического представления российской аудитории), в тройку великих мистиков позднесредневековой Германии и родоначальников ее философии. Неоплатоновская теология Экхарта в редакции Г. Сузо вплотную приблизилась к богословию византийских паламитов XIV в. и составила его западноевропейский аналог. Вот почему творчество констанцского харизматика несомненно окажется востребованным отечественной религиозной мыслью, воспитанной на трудах В. Лосского и прот. И. Мейендорфа, а его искания в контексте поиска современных форм духовной жизни, не причастных церковному официозу и альтернативных ему, будут восприняты как свежие и актуальные.Творения Г. Сузо не могут оставить равнодушными и в другом отношении. Прежде всего это автобиография нашего героя — «Vita», первая в немецкой литературе, представляющая собой подлинную энциклопедию жизни средневековой Германии: кровавая, откровенно изуверская аскеза, радикальные способы «подражания Христу» (умерщвление плоти, самобичевание) и экстатические созерцания; простонародные обычаи, празднества, чумные эпидемии, поклонение мощам и вера в чудеса, принимающие форму массового ажиотажа; предметная культура того времени и сцены повседневного быта социальных сословий — вся эта исполненная страстей и интеллектуальных борений картина открывается российскому читателю во всей ее многоплановости и противоречивости. Здесь и история монастырской жизни, и захватывающие катехизаторские путешествия Служителя — литературного образа Г. Сузо, — попадающего в руки разбойников либо в гущу разъяренной, скорой на расправу толпы, тонущего в бурных водах Рейна, оклеветанного ближайшими духовными чадами и преследуемого феодалами, поклявшимися предать его смертельной расправе.Издание включает в себя все немецкоязычные сочинения Г. Сузо — как вошедшие, так и не вошедшие в подготовленный им авторский сборник — «Exemplar». К первой группе относятся автобиография «Vita», «Книжица Вечной Премудрости», написанная в традициях духовного диалога, «Книжица Истины» — сумма и апология экхартовского богословия, и «Книжица писем» — своего рода эпистолярный компендиум. Вторую группу составляют «Большая книга писем», адресованных разным лицам и впоследствии собранных духовной дочерью Г. Сузо доминиканкой Э. Штагель, четыре проповеди, авторство двух из которых считается окончательно не установленным, а также медитативный трактат Псевдо-Сузо «Книжица Любви». Единственное латинское произведение констанцского мистика, «Часослов Премудрости», представлено рядом параллельных мест (всего более 120) к «Книжице Вечной Премудрости» — краткой редакции этого часослова, включенной в «Exemplar». Перевод сопровожден развернутыми примечаниями и двумя статьями, посвященными как творчеству Г. Сузо в целом, так и его «Часослову Премудрости» в частности.

Генрих Сузо

Религия, религиозная литература