Читаем Суфии полностью

Бесконечные возможности и скрытые механизмы открываются его взору в вещах, которые раньше казались ему инертными и мало к чему пригодными. Соответствующий пример для дервиша есть в учебной ссылке о допустимости прослушивания музыки. Великий Шибли сказал: «Обдуманное прослушивание музыки внешне кажется разрушительным, но внутренне это служит предостережением. Если человеку известен Знак, он может слушать, ибо услышит предупреждение. Если же у него нет этого Знака (т. е. пробуждающегося Органа Эволюции), он подвергает себя возможной опасности». Здесь имеется в виду чувственная природа музыки, так же как ее обычная эмоциональная и ограниченная интеллектуальная ценность. Именно в этом ее опасность – как потому, что такое прослушивание может деградировать в обычную чувственность, так и потому, что в человеке может развиться вкус к самопотаканию – вторичному, по своей природе, чувству (наслаждение музыкой ради нее самой). Такова природа завесы, которая скрывает реальную цель музыки – способствовать развитию сознания.

В этом состоит смысл музыки, который не только не известен на Западе, но и энергично отвергается многими людьми на Востоке. Из-за таких особенностей музыки некоторые дервишеские ордена, особенно могущественный и легко приспосабливающийся к любым условиям Орден Накшбанди, отказываются использовать ее.

Дервишеские школы специализируются также на восприятии реальной ценности поэзии в качестве мистического упражнения. Поэзия обладает несколькими функциями. Для суфия она будет значимой в зависимости от степени ее «реальности». Все ордена допускают слушание поэзии, приводя в пользу этого теологический аргумент, что ее одобрял Пророк Мухаммед. Он сказал: «Иногда в поэзии заключена мудрость». Ему принадлежат также такие слова: «Мудрость подобна пропавшей верблюдице благочестивого человека. Где бы он ни нашел ее, он сохраняет преимущественное право на владение ею». Пророк даже использовал арабские стихи, чтобы выделить то, что представляет собой суфийскую концепцию совершенной реальности, то есть Бога: «Самое истинное утверждение, сделанное арабом, заключено в стихах Лабида: “Ничто, кроме Бога, не является необходимым, ибо все остальное изменяется”».

Когда Пророка попросили высказать свое мнение о поэзии, он ответил: «Что в ней хорошо, то – хорошо, а что плохо, то – плохо». Этим высказыванием и руководствуются суфийские мастера, когда дело касается допустимости слушания, чтения или создания стихов.

Но согласно великому учителю Худжвири, поэзия должна быть по своей сути истинной и реальной. Отсутствие реальности и правды в ней окажут пагубное воздействие на слушателя, читателя и автора.

Способ слушания стихов, а также способность слушателя получать от них пользу важны в суфизме. Дервишеские учителя считают, что истинная суть поэзии недоступна тем, кто еще не подготовлен должным образом для ее полного понимания, независимо от того, насколько сильно человек убежден, что он получает от прослушивания стихотворений все, что возможно.

Худжвири передает высказывание, распространенное в дервишеских школах. Оно гласит, что люди, возбуждающиеся от чувственной музыки, далеки от реального ее прослушивания. Реальное слушание поэзии, так же как и музыки, способствует развитию человека, вызывая гораздо более разнообразные и ценные переживания, чем чувственность или экстаз. В данном контексте это может быть приведено только как бездоказательное утверждение, поскольку вне круга суфиев подобное заявление не поддается проверке.

Суфию необходимо совершить четыре Путешествия. Первое из них – достижение состояния, называемого фана, что иногда переводится как «уничтожение». На этой стадии происходит объединение сознания, когда суфий достигает гармонии с объективной реальностью. Создание этого состояния и есть цель дервишеских орденов. За ним следует еще три стадии. Великий учитель X в. Ниффари описывает эти Четыре Путешествия в своей книге «Мувакиф», написанной в Египте около тысячи лет назад.

Достигнув состояния фана, суфий начинает Второе Путешествие, в котором он становится истинно Совершенным Человеком благодаря стабилизации своего объективного знания. Это стадия называется бака — постоянство. Отныне он не является больше «человеком, опьяненным Богом», но учителем, в своем собственном праве. Он носит титул кутуб — «магнитный центр», «точка, к которой все обращены».