Читаем Суфии полностью

Запад (а под этим чаще всего понимается церковь) взял то, что считал необходимым, и захлопнул двери, отгородившись от всего остального в результате собственного окончательного вердикта. Книги подлежали сожжению, Испания была возвращена в лоно истинной веры. За порогом остались странные люди, вещи и идеи. К той же категории относились материалы, немало озадачившие будущих исследователей, но только не суфиев, а именно: трубадуры, карточные игры, арлекины и некоторые сообщества с обрядами посвящения.

В захлопнутых дверях, однако, имелись трещины, позволявшие очень немногим вещам проникать туда и обратно.

В конце XVIII в. Наполеон завоевал Египет. Один из его генералов с находившимися в его подчинении офицерами основал Орден искателей мудрости, который был также известен, как Суфийин (Суфии).

В книге, получившей, возможно, правильное название «Смесь» (Melange), этот генерал рассказывает, как он обнаружил среди восточных адептов истоки «осиротевшей» тайной мудрости Запада. «Это был источник. Мы же веками плыли по широкой, но мутной реке».

Похоже на то, что «Суфийин», испытавшие в масштабах собственного микрокосмоса (хотя и не по своей вине) то же самое, что пришлось пережить их предшественникам, в конце концов поняли, в силу чего эта река на Западе постоянно загрязнялась. Они считали, что на Запад следует привезти только учение и методологию, но без учителя.

Всего через шесть лет после образования Ордена они признали свою неудачу в «Заявлении искателей мудрости Франции» (Affirmation of the Sophiens of France): «Нам лучше расстаться, чем снова и снова выполнять ритуалы и процедуры, которые в отсутствии обучающего мастера не смогут создать сущностного человека. Этот процесс настолько сложен, что только более высокое восприятие необходимых условий поможет довести его до конца. Мастер использует известную ему тайну, чтобы вызвать и развить изменения в тех, кто займет его место. Без учителя организация не сумеет добиться реального прогресса, хотя может сохранить свою внешнюю форму».

Но суфийских мастеров невозможно нанять или импортировать. Декларация о самороспуске жалобно продолжает: «Кто может привязать к себе посвященного? Он знает, кто в чем нуждается, и удовлетворяет эти нужды. Нам же остается только вздыхать об этом».

«Суфийин», по крайней мере, хоть чему-то научились. Похоже на то, что осколки этой организации кое-где сохранились, так как много лет спустя появилось сообщение о существовании одного из ее ответвлений в Индии.

Были ли двери захлопнуты навсегда? Похоже, что да. Запад располагал не только достаточным объемом научных знаний, искусством и другими материалами, требующими усвоения, но и средствами пропаганды. Геополитическая борьба, (ее очень хорошо описывает профессор Тойнби), вместе с ментальностью крестовых походов привели к тому, что все сарацинское, «языческое» или арабское получило клеймо не только еретического, безбожного и отвратительного, но и дьявольского, опасного.[66] Запад до сих пор следует этой традиции, которую постоянно укрепляют текущие события. Сначала необходимо было отбросить испанских арабов от границ Франции. Затем наступила очередь неверных, захвативших святую землю. Потом турки стали готовиться к штурму Вены. Магометанство, ставшее в умах западных людей неким непонятным замесом, таило в себе опасности и зло, его необходимо было сдерживать и контратаковать. Последнее умело использовали миссионеры, стремившиеся во славу церкви одержать верх над исламом. Существование Оттоманской империи лишний раз доказывало, что неверные все еще представляют собой угрозу. В любом случае, чему можно было научиться у людей, которые к тому времени уже являлись членами зависимых сообществ, заходило над ними солнце или нет.

Восточной философией интересовались только чудаки. Чудаки есть в любом обществе. Следовало ли человеку становиться турком или лучше было оставаться тем, кто он есть? Люди, пренебрегавшие гигиеной, не принявшие даже Евангелия, едва ли были способны обучать того, кто ими же и правил. Для начала им следовало бы навести порядок в собственном доме.

И тем не менее находились люди, сумевшие подняться над этой временной точкой зрения на развитие человека, несмотря на то, что они никогда не поверили бы, что условия, в которых протекала их жизнь, тоже были только временными, как мы сейчас об этом знаем. И этот процесс начался уже давно, раньше, чем можно себе представить. Суфийский поток был за работой.

Для того, чтобы обнаружить следы двойной жизни, которую вели мистики того времени, бывшие одновременно христианскими затворниками и суфийскими учителями, необходимо переместиться на семьсот лет назад и побывать на средневековой Майорке.