Читаем Суд Рейнмена полностью

Сигнал в Причерноморский ГУВД пришёл в 06.10. в половине седьмого утра капитан Антон Платов по телефону доложил начальнику следственного отдела, «важняку» Соболевской и её первой замести-тельнице, «важняку» Иветте Мальковой о новом прецеденте, и в 07.35 белая «Волга» Антона уже отъез-жала от служебной стоянки ГУВД.

Сейчас было уже 08.15, и Ударное – три улицы, два магазина, почтовое отделение, поликлиника, церквушка и автобусная остановка – уже показалось из-за поворота между платанами.

Антон за рулём хмурился, подавляя зевоту. Он рассчитывал воскресный день провести дома, отдох-нуть от рабочей беготни, но вместо этого пришлось вскакивать на рассвете по звонку из ГУВД, в шесть утра мчаться в управление, а через полтора часа уже ехать за город на труп.

Впервые Синдия увидела капитана в цивильной одежде. Вскочив впопыхах, Антон не стал наглажи-вать китель и форменные брюки, а напялил первое, что подвернулось: серые джинсы «Джи Джей», чёр-ную футболку «Техас Поло», серую кепку «Найке» и кроссовки. Антон едва успел побриться, а вместо завтрака схватил по дороге в управление маленький пакетик чипсов и выпил у себя в кабинете чашку чайного напитка «Эколенд», и сейчас уже начал ощущать приступы голода. «Вот бы на «кольце» торго-вали пирожками! – думал он. – Плевать, что без лицензии и Бог знает из чего, а то уже пузо подвело. Кто знает, сколько мы там провалдохаемся!..»

В зеркале заднего вида он заметил, что его пассажирки тоже зевают, прикрывая рты ладонями. Иветта, как всегда в своих любимых кожаных джинсах и длинной футболке, но причесаться не успела, из-под банданы торчат в беспорядке встрёпанные волосы.

Напротив, Синдия Соболевская выглядит так, будто собирается позировать для модного журнала: светло-синий джинсовый костюм, свежая белая футболка с высоким воротом; волосы аккуратно зачёсаны назад и сколоты на затылке овальной чёрной заколкой. Зато Синдия забыла сделать лёгкий дневной ма-кияж, а раньше этого с ней не случалось.

– И чего этого дурня аж в Ударное понесло? – проворчала Иветта себе под нос. Она злилась на се-бя: надо же, так обалдела спросонья, даже причесаться не подумала, хорошо хоть додумалась пижаму снять и одеться нормально! «Я похожа на очумелую хиппи, и если ударный участковый так обо мне и подумает, я обижаться не стану!».

«Волга» миновала кольцевую дорогу (или «кольцо», на местном жаргоне), где уже собирались тор-говцы с ящиками фруктов, картофеля и перца и связками яркого ялтинского лука.

– Раньше они на рынке крутились, – пояснила Иветта Синдии, – но потом их оттуда выжали за то, что им денег на лицензию и взятки СЭС не хватало. Так теперь они тут, и их уже и не трогают. Кстати, лук у них неплохой! На обратном пути возьму связку. Мы его в картофель-фри добавляем. Так вкусно, сковородку слопаешь вместе с картошкой!

– А разве ты жаришь фри не во фритюрнице? – спросил Антон.

– Мы с Лешим по старинке иногда достаём старую сковородку. Я режу, Лёшка жарит. Раньше было наоборот, но Леший вечно такими кусманделями картофель рубил, что я предложила поменяться места-ми… Это я брата так зову, – пояснила она Синдии. – с детства повелось, а он и не обижается. Ржёт так, что мебель шатается.

Синдия вспомнила редактора газеты «Региональный вестник» Алексея Малькова, могучего велика-на, затянутого в «тройку» «Версаче». Алексей Станиславович выглядел серьёзным, важным, величест-венным и влюблённым в работу, и трудно было представить, как он жарит картофель-фри на сковородке, хохочет так, что «мебель шатается» и носит кличку Леший.

«Волга» въехала на автобусную остановку «Село Ударное», возле которой слева уже разворачивался небольшой базар, а справа на крыльце продовольственного магазинчика курила в ожидании покупателей девушка в джинсовом сарафане и форменном фартуке со значком продавца. На остановке стояли с оди-наково унылыми и равнодушными лицами около десятка людей с корзинами, ящиками, мешками и авоськами. У остановки припарковался пыльный милицейский «газик», на капоте которого сидел с буты-лочкой «Жигулёвского» пива невысокий краснолицый толстячок в потрёпанной милицейской форме. Меньше всего он походил на участкового милиционера. Скорее его можно было принять за огородника или тракториста. На его круглом простоватом лице с маленькими бесцветными глазками явно читалось, что убийство на вверенном ему участке нужно ему, как кошке – хвост на лбу.

Антон поставил «Волгу» рядом с «газиком», вышел, на ходу раскрывая своё служебное удостовере-ние, и отрекомендовался:

– Капитан Платов, Причерноморский ГУВД. Прибыл в связи с вашим сообщением на дежурный пост Главного Управления о случае убийства на вашем участке.

– 327-е отделение милиции, участковый Марченко, – тоже отрекомендовался участковый, соскаки-вая с капота и зашвыривая недопитую бутылку мимо переполненной урны на полупустой газон.

– Начальник следственного отдела городской прокуратуры, следователь по особо важным делам Со-болевская! – представилась Синдия, выходя из «Волги».