— В той шифровке были еще «эф» вначале и плюс и «ха» в конце! — напомнил Колян.

— Плюс и косой крест! — поправила я его, гордясь своей сообразительностью. — Катька решала задачку, как шахматную, и машинально зафиксировала победный ход: Ферзь — латинская «Эф» — идет на Бэ пятьдесят два — шах и мат!

— В шахматах ферзь — самая мощная и подвижная фигура, так? — припомнил Колян. — По-другому ее еще называют королевой.

— Катькина роль, — кивнула я. — А королем, который получил мат от ферзя-королевы, был Тараскин.

Мы замолчали, и в наступившей тишине услышали недоверчивое бормотание Ирки.

— Катька убила Вадима? — бубнила она. — Она его убила, мерзавца такого… Ну и правильно сделала! Отомстила и за отца, и за возлюбленного, и за свою собственную сломанную судьбу!

Голос подруги окреп и зазвенел, глаза засверкали, и искрящийся слезой взгляд уперся мне в лоб, как двустволка:

— Как ты могла! — возмущенно сказала Ирка. — Такого я от тебя не ожидала! Зачем ты все рассказала ментам? Если бы не ты, это могло сойти за несчастный случай!

— Да я…

Разгневанная подруга не желала слышать никаких оправданий и объяснений.

— Ты так заигралась в детектива, что перестала видеть за значками шифровок живых людей! — запальчиво упрекнула она меня.

— Живых и мертвых! — справедливости ради напомнила я.

— Ты выдала бедную Катьку! — со слезами в голосе воскликнула Ирка. — Никогда тебе этого не прощу!

С этими словами она сорвалась со стула и убежала, громко хлопнув дверью. С вытянувшейся физиономией я стояла посреди комнаты и слушала удаляющийся топот насмерть обиженной подруги. Вот те на! Никогда прежде мы с Иркой не ссорились!

— Не огорчайся, Кыся! — утешая меня, сказал Колян. — Иришка немного остынет и поймет, что ты совершила сознательный гражданский поступок.

— Да ни фига подобного! — горько усмехнулась я. — Если ты хочешь знать всю правду, то я…

Сделать еще одно сенсационное признание мне помешал телефонный звонок.

— Да! — сердито рявкнула я в трубку мобильника, выплескивая накопившуюся злость.

— Добрый день, я по поводу кролика, — сказал очень вежливый мужской голос. — Мы могли бы с вами встретиться? У нас к вам дело.

— Не успеешь закончить одно дело, как подваливает другое! — пожаловалась я Коляну, впервые в жизни посочувствовав Лазарчуку, вечно сетующему на засилье сыщицкой работы. — Ладно, давайте встретимся! Когда и где?

— Вообще-то мы уже стоим у ворот, — сообщил вежливый мужчина. — Красная «Нива».

— А, так вы Васюля! — я хищно улыбнулась. — А ваша ревнивая супруга не будет возражать против нашей встречи?

— Алиса в курсе, она тут, рядом со мной, и это ее идея.

— Тогда мне понадобится подкрепление, — пробормотала я, вспомнив, как ругала и стращала меня темпераментная Васюлина женушка. — Ждите, мы сейчас будем!

Я выключила трубку, посмотрела на Коляна и нарочито безмятежно спросила:

— Милый, ты не хочешь совершить со мной на пару небольшую прогулку за пределы дачи?

— Если не на квадроцикле и не на гору Б-52, то всегда пожалуйста! — любезно ответил супруг.

Намек его мне не понравился, но я решила отложить воспитательный скандал до лучших времен.

22

Ворота приоткрылись, и с огороженной территории вышли два человека.

— Идут! — встрепенулся Василий и повернулся к супруге. — Милая, ты только помни, о чем мы с тобой договорились!

Алиса замерла на соседнем сиденье. Неподвижная, бледная от волнения и злости, она была похожа на мраморный бюст неукротимого революционного героя.

— Не бойся, морду я этой девке бить не буду! — прошипела она.

Оценив тон, каким это было сказано, Василий заподозрил, что от битья девкиной морды воинственная Алиса отказалась в пользу какого-то еще более разрушительного процесса.

— И вообще руки не распускай! — строго сказал он. — Видишь, какие у них тут хоромы! Жирно живут! С такими зубрами лучше не бодаться!

— Я бы этим зубрам рога пообломала! — сказала Алиса, недобро зыркнув на приближающуюся пару.

— Цыц, я сказал! Только все испортишь! — свирепо шепнул Василий и открыл дверцу.

Одновременно он нацепил на физиономию милую улыбку и задушевно сказал:

— Добрый день!

— Ну, это кому как, — вполне дружелюбно ответила ему симпатичная молодая женщина. — У вас, может, и добрый день, а у нас во дворе четыре трупа!

— Вы шутите? — опешил Василий.

— С вами мы, может, и пошутили бы, но опергруппу разыгрывать — себе дороже! — в тон женщине ответил ее спутник — высокий, широкоплечий парень.

Передумав выходить из машины, Василий втянул ногу и голову обратно в салон, притворил дверцу и тихо сказал жене:

— То ли психи, то ли самая бандитская крутизна!

— На понт берут! — прошипела в ответ несгибаемая Алиса. — Запугивают, чтобы мы сговорчивее стали! Не поддавайся!

Василий снова толкнул дверцу, наполовину выступил из машины и по возможности небрежно сказал:

— Ладно, ваши трупы нас не интересуют!

— Что вы имеете в виду, когда говорите «ваши трупы»? — поинтересовалась женщина. — Вы нам угрожаете?

— Ни боже мой! — поспешил заявить Василий. — Мы не вооружены и не опасны!