Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

ногой не ступит на борт корабля.

Я тогда командовал десятым отсеком. Задницей корабля. Ничего особо

интересного, кроме ВСУ, гальюна и токарного станка, в отсеке нет. Но су-

хопутные деятели очень радовались, узрев среди чуждого им железа что-то

знакомое и родное. Токарный станок оказался единственным механизмом

на корабле, понятным всем посетителям. Весь день мне пришлось метать

бисер перед выходящими наверх генштабистами, повествуя о незамени-

мости токарного дела в море, походе и боевом дежурстве. Ни о чем другом

ни один из них не спросил. Плюс ко всему мне пришлось поработать смыв-

щиком в гальюне. Высоких гостей кто-то чересчур умный проинструктиро-

вал, что, мол, у подводников места общего пользования особенные, непра-

вильно смыл и получи обратно, в лицо, все, что выдавил. Доля истины в этом

утверждении есть. Но задачу забросать испражнениями звезд генштаба пе-

ред нами не ставили, гальюны работали в нормальном режиме, бояться было

нечего. Сухопутные братья по оружию объяснениям не верили, очень кон-

фузились, но в трусости признаться стыдились.

А если учесть, что корабль они покидали через мой отсек, наш гальюн

превратился в своеобразную Мекку для подуставшего генералитета. Совер-

шая по очереди акты вандализма над нержавеющим флотским унитазом, ге-

нералиссимусы будущих войн покидали отсек, потупив глаза и «забыв» на-

жать на педаль смыва. Я же в течение дня старательно смывал следы их пре-

бывания. Поработал ассенизатором на славу. Столько генеральского дерьма

сразу я не видел за всю оставшуюся службу!

Вечером итоги в ЦП подводил механик. Командир, оба старпома, зам-

полит по причине оживленного общения с московскими гостями пластом

лежали по каютам. Наутро приехал командир дивизии с мешками под гла-

зами, но оживленно-радостный. Перед строем экипаж похвалили, обла-

скали и дали часа три на отдых. В грязь лицом, судя по всему, мы не удари-

ли. В Североморске москвичи, посещая надводников, наперебой расхва-

ливали наш ракетоносец, щедрость и широту наших душ и провизионок.

Наверное, столько, сколько мы, им никто не наливал. Шутка ли, месячная

норма спирта всего крейсера рассосалась в кровеносных сосудах экскур-

сантов за один день. Интенданты подвывая от обиды, несколько месяцев

втихаря списывали проглоченное генштабистами продовольствие. Боц-

ман охал и хватался за голову, пересчитывая оставшиеся после набега бан-

ки с краской. Командира начали расхваливать на каждом углу и велели та-

щить в приказном порядке на корабль кого ни попадя. От депутатов до ар-

тистов. Ну и высоких военных чинов, естественно. Ажиотаж постепенно

293

П. Ефремов. Стоп дуть!

стихал, но окончательно и бесповоротно от отрыжки «Кумжи» экипаж из-

бавился только через полгода.

Я пережил три «Кумжи». Страна нищала, времена менялись, а порядок

проведения показухи – ни на йоту. Изменения коснулись лишь цветовой

гаммы мундиров посетителей. В советские времена была более пестрая под-

борка, после развала Союза все цвета постепенно вытеснились грачевской

летно-десантной голубизной. Интересно, если министром обороны станет

пожарный (что в нашей стране вполне возможно), на флот поедут брандмай-

оры в касках и с баграми? Вот потеха была бы!

А может, лучше главным военным страны назначить «нового» русско-

го? Они парни широкие, денежные, море по колено, понаедут на «мерседе-

сах» поглазеть на диковинку, глядишь, сами с барского стола подводников

накормят и напоят. Чем черт не шутит? По крайней мере, эти мальчики в от-

личие от государственных мужей хорошо понимают: любое нажитое богат-

ство кто-то должен защищать…

Из жизни банкиров

– Скажите, какая сумма вам нравится?

– Пять тысяч, – быстро ответил Балаганов…

– Тогда мне с вами не по пути…

И. Ильф, Е. Петров. «Золотой теленок»

Финансист на подводной лодке – фигура значительная. Иногда куда

значительней командира. Командир просто накажет, а злопамятный фи-

нансист «забудет» начислить морские, северные, какие-нибудь надбавки

и полполучки нет. Потом обязательно вернут, через месяц или два, с из-

винениями. Но неприятно. И стоит финансист в служебной иерархии

несколько особняком. Штатного начфина на корабле не положено, хотя

подводный ракетоносец – то же самое, что ракетный полк на берегу. На-

числять зарплату, писать ведомости, перелопачивать горы бумаги некому.

Заниматься этим обязаны базовые береговые службы. Но и их ничтожно

мало на 50–60 экипажей. Однако флот – территория нестандартных ре-

шений. Нет финансиста – сделаем! Но деньги ему за это платить не будем.

Вот и кочует по флотской жизни должность с непонятной формулиров-

кой: «внештатный баталер-финансист». Обычно ими становятся не слиш-

ком обремененные служебными обязанностями в базе офицеры и мичма-

ны из люксов. То есть те, без кого можно легко обойтись. Кстати, их нема-

ло. В чем заключается еще один парадокс флота. Для необходимого средств

нет, для ненужного навалом.

Сейчас, в эпоху полной и бесповоротной демократизации страны, по-

лучку выдают килограммами, финансист окружен охраной, помощника-