Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

тилии с песней. Чтоб готовы были! Командир насторожился. Все, море по-

боку! Замполит три часа трещал на машинке, тексты печатал. Всем раздал,

вплоть до командира. А потом при каждом заступлении на вахту боевые

посты кроме доклада слова песен в центральный пост напевали. И на каж-

дой тревоге, и на каждом разводе. Зам бегал вахту проверять, так у матро-

сов вместо их обязанностей при аварии тексты куплетов спрашивал. Ко-

мандир самым первым вызубрил слова, а потом офицеров в кают-компании

доставал, а штурмана на мостике этой песней вообще изнасиловал. Подго-

товились на славу!

Мне последние пару лет службы довелось побывать главным врио эки-

пажа. То помощника командира, то старпома, а затем и до конца – замполи-

та. И когда командир приказал приготовить к очередному церемониальному

песенному форуму новые шлягеры, я растерялся. На мой взгляд, песни о мо-

ряках лучше «Варяга» нет и быть не может. Но ее, на удивление, начальники

не любят. Мол, надоела, стара, все знают. Думаю, им ее просто стыдно слу-

шать. Поэтому «Варяга» командир сразу исключил и поставил задачу песни

родить. И я пошел рожать в каюту временно потерянного замполита.

Умели готовиться к будущим битвам советские политорганы, не от-

нимешь. Бумаг и рекомендаций на все случаи жизни нашлось – немере-

287

П. Ефремов. Стоп дуть!

но! Но главное, сборник песен о море! То, что надо! Я открыл и погрузился

в мир песенной лирики.

Сначала мне безумно понравилась песня «Улица Комсомольская»,

В. Матвеев / Ю. Чичков (поется оживленно):

Эх, сопки Кольские!

Да камни скользкие!

Поразмыслив, я все же решил не форсировать события и поискать еще.

Да и военные моряки, чеканящие шаг под такой припевчик, как-то не во-

одушевляли. Несолидно. Следующий хоровой шедевр заставил меня при-

задуматься.

«Письмо из глубины», М. Рейтман / В. Калистратов (неторопливо, про-

никновенно):

Вот уже, видать, на третий срок

Потянула наша автономка.

Мы ушли, когда мела поземка,

А теперь в березах бродит сок…

Даже принимая во внимание давность написания, и делая сноску

на некоторую техническую неграмотность авторов, горлопанить ее не сто-

ило. Автономность лодки – 90 суток, а третий срок – это ж за двести су-

ток! Такое медицина запрещает: «Летучий Голландец» какой-то! Нет, песня

о психически нездоровых моряках, брошенных командованием на произвол

судьбы, никак не годилась. Превратно истолкуют. Надо быть политически

грамотным. Отметаем! Но очередная песня меня насторожила еще сильнее.

«Каюта морская», В. Семернин / Б. Терентьев (умеренно, с душой):

3204 заклепки

Походной каюты нехитрый уют.

Но если судьба нас хватала за глотки,

Мы к ней выходили из наших кают…

Да это просто какой-то подрывной злобный пасквиль на нашего геро-

ического моряка. Все лежебоки ленивые, валяются себе в каютах по шкон-

кам, а выползают, только когда прижмет. А когда прижимает, вы и сами знае-

те… Заклепки со скуки считают. Да и с заклепками еще вопрос, откуда такое

точное число? Нигде кроме технической документации и не узнать. А она,

естественно, совершенно секретна! Куда известные органы смотрели? Ка-

кой недогляд! Прямо шпионское донесение! Да и не клепают ныне корпуса-

то… Явно не подходит. А вот сочинение «В отсек», А. Меерович и Л. Крей-

ман / Г. Каликин (спокойно) сразу вогнало меня в краску.

Все тяжелей и сумрачней глубины,

А впереди немало трудных дней,

И не стыдятся сильные мужчины

Большой и робкой нежности своей!

С полной ответственностью говорю. В нашем флоте ЭТОГО нет! Ни-

каких альтернативных половых отношений устав не предусматривает. Ишь

288

Часть вторая. Прощальный полет баклана

ты, нежность робкая! Совсем стыда нет никакого у стихотворцев! Зато сле-

дующее произведение навело на мысль о скором увольнении в запас и всем,

связанным с дальнейшей гражданской жизнью. Особенно с жилищным во-

просом. «Как же мне не любить Заполярье?», М. Рейтман / Дм. Покрасс (ли-

рично, в темпе вальса):

Я привык к непроглядным туманам,

К неугасному летнему дню,

И поныне седым ветераном

Здесь я Родину нашу храню!

Да, с квартирками-то для нашего брата военного нынче туго. Ехать неку-

да. Пока служили – всем обещали, как отслужили – свободен и нищ. Гля-

дишь и, правда Родину до глубокой старости в казенной квартире охранять

будешь. Вот проблема… А дальше все туда же… «Море полярное», В. Матве-

ев / А. Аверкин (сдержанно):

Флот наш – сила веская

Слава боевая

Нас земля Советская

Солнцем согревает…

Вот-вот. Светит, но не греет… Хоть смейся, хоть плач. Немного обрадова-

ли близостью к жизни апологеты советской песни. Бодрая композиция «Море

стало строже», С. Гребенников и Н. Добронравов / А. Пахмутова (энергич-

но) поразила доступной в строевой песне правдивостью:

А мы идем под северной волной

И в отсеках простая работа.

Но работа бывает такой,

Что порою и петь неохота…

Ну патриархи, ну молодцы! Ведь понимают, что подводнику в море пес-

ня строевая, что зайцу подковы. Под гитару в каюте помурлыкать, это одно.

А вот после вахты хором слова разучивать… Им, наверное, такое и не сни-

лось. Окончательно и бесповоротно меня добила песня «Мы подводники,