Читаем Стокгольм delete полностью

– Ничего хорошего. В камере холодища, одеяло тонкое, свитер не дали. Воспаление легких гарантировано. Честно. И руку никто не лечит.

– Попробую поговорить… с кем? С надзирателем?

– Можешь поговорить… попозже.

Симон покопался в сумке.

– Хочешь?

Коробочка со снюсом и шоколадное печенье. Никола взял крохотный мешочек снюса и сунул под верхнюю губу.

– И что ты опять натворил? Ведь еще и месяца не прошло… – Симон отечески улыбнулся.

Фальшивая, кривая, подлая ухмылка.

– Ничего не натворил. Это ошибка. Они говорят, что я взорвал супермаркет. Может, и меня стоило бы спросить? Даже допроса не было. И адвоката не дали.

– Поговорю и об этом. А ты хочешь какого-то конкретного адвоката?

– Пока не знаю. Надо подумать.

– Вот ты и ответил на свой вопрос насчет адвоката. А с матерью говорил?

– И с матерью не говорил.

– Это я могу устроить.

– Скажу спасибо.

– Да… правильно сделаешь. Но я хочу с тобой кое о чем поговорить.

Никола мысленно подобрался и сосредоточился. Жди ловушку.

– Они и Хамона взяли, – сказал Симон. – Только он в другом конце коридора, чтобы не было этих «постучи-в-стенку» затей.

Николу вновь начал бить озноб.

– Но это неважно… поговоришь со следователем, который ведет дело. Не моя забота. Мне интересно другое: что ты можешь порассказать про разборку? Ты знаешь, о чем я. Суд Исака.

Никола растерялся. Слишком много всего сразу. Взяли Хамона… Как они его взяли? Что он рассказал?

– Нико? Хелло! Ты еще не ушел? – Симон потряс его за руку.

– Не ушел. И я не знаю, о чем ты лопочешь.

– Ну-ну… я-то знаю, что ты знаешь. И ты знаешь, что ты знаешь. У нас идет расследование, мы получили разрешение на прослушку. Так что ты был там, это я могу доказать, как дважды два. И я знаю, что речь шла о конфликте кланов Тасдемира и Бар-Сауме. Сёдертелье под угрозой войны. Если они начнут, от города камня на камне не останется. И нам нужна помощь, чтобы остановить этих отморозков. Расскажи, что ты знаешь. Это все, что я хочу. Я не спрашиваю о Хамоне, не спрашиваю о твоих приятелях. Расскажи, что там произошло.

– Откуда мне знать?

– Кончай, Никола. Еще раз: я знаю, что вы с Хамоном шестерили на этой стрелке. Что тут такого – подтвердить, что нам и так известно? Я скажу насчет одеяла, посещение Линды, завтра принесу пожрать что-то человеческое, снюс…

– Я же сказал – ничего не знаю.

Симон побарабанил пальцами по столу.

– О’кей, о’кей, это я уже слышал. Тогда у меня есть одна мысль. Только учти – я делаю такое предложение только потому, что ты мне симпатичен. Никола, ты не вписываешься в их мир. Ты из другого теста. Мать работает с утра до ночи, твой дядя, Тедди, тоже взялся за ум. И ты, Никола… я смотрю на тебя и вижу – не по душе тебе все это. И скажу тебе вот что: я обещаю помочь выбраться из дерьма, в которое ты вляпался. Это в моих силах. Понял?

– Это как это?

– А вот это я тебе не могу рассказать. Извини.

Голова у Николы пошла кругом.

Симон хочет сделать из него стукача.

Стучать! Самый смертный из всех смертных грехов. Священная корова воров – лояльность. Принцип настоящих мужчин.

С другой стороны – если будет суд, ему влепят как минимум двушку, а то и больше. И на этот раз это будет настоящая тюрьма. К тому же… Симон вовсе не требует, чтобы я стучал на кого-то из моих друзей. Только на этих маразматиков. Мало того: Тасдемир попытался кинуть Исака. Самого Исака! Ему самое место в тюряге.

Картинка в памяти.

Ему лет семь, самое большее восемь. Значит, Тедди чуть больше двадцати, он пришел взять его из продленки. Идет дождь. Подарок от Тедди: билеты на футбол. У «Ассирийцев» все шансы попасть в высшую лигу. Отборочный матч с «Борстой». Все только и говорили об этом матче. Даже фрекен в школе.

Приятели кружили вокруг Тедди – он стоял неподвижно. Ждал, пока Никола оденется. Никто ничего не сказал, но и так было ясно: с Николиным дядей шутки плохи.

Тедди взял его за руку, и они пошли к автобусной остановке. Николин кулачок уместился в огромной ладони Тедди, как мышка в норке.

– Как дела в школе?

– Хорошо.

– Какие уроки были?

– Обычные… уроки как уроки.

Иногда Тедди становился похожим на мать. Или на деда – те же дурацкие вопросы. Нет чтобы рассказать что-то интересное.

– Тедди, а кто самый сильный человек в мире? Ты его видел?

– Конечно! – засмеялся Тедди. – Неужели ты не знаешь? Самый сильный человек в мире – твой дядя.

– Я серьезно.

– Не знаю… но есть один и в самом деле здоровенный парень. Магнус Самуэльссон. Я вчера видел по ящику, он тянул целый поезд… Но все же расскажи – что в школе?

– Все хорошо… маленькая неприятность в продленке.

– Что еще за неприятность?

– Нино и Марван побежали на шоссе, что-то там им было надо… а потом обозлились на меня.

– С чего бы?

– Я рассказал фрекен.

– Настучал?

– Но фрекен же говорила, что это очень опасно – выбегать на шоссе. Можно попасть под машину и все такое.

– То есть ты настучал на своих приятелей?

– Но это же опасно! Разве я неправильно сделал?

Тедди промолчал, но рука его, в которой он сжимал маленький кулачок племянника, заметно напряглась.