Прокурор, который одно время мог похвастаться стопроцентной долей обвинительных приговоров, человек, с которым много лет консультируются коллеги-юристы из отдаленных округов, интересуясь его безапелляционными мнениями, обвинитель Саито прибыл на этот процесс, окруженный наивозможно глубоким уважением. По слухам, проведенное им предварительное следствие привело его к еще одному неотвратимому обвинительному приговору.

Какой эффект это возымеет, мы еще увидим. Рассказывают, что в молодости Саито походил на цаплю. Говорилось ли это в шутку или чтобы подчеркнуть его достоинство – разве может кто ответить? Если он остается цаплей, то это цапля, летящая высоко. Когда он опускается вниз, разгребать топи криминального мира, тем самым он идет на самопожертвование ради нашего общего блага.

защитник утияма

На протяжении пятнадцати лет работы бесстрастный Утияма, стремясь к совершенству, считал, что установить истину – превыше всего. Его крепкое сложение и лицо силача должны действовать на общественность успокаивающе; он ничего не предпринимает без мысли о потерпевших, населении, правосудии и окончательном оправдании преступника. Среди коллег хорошо известен, составил себе прекрасную репутацию. Мы предвкушаем его работу на этом судебном процессе.

Репортажи с процесса Оды [Ко Эйдзи]

день первый

Оду Сотацу вводят в зал. Он садится на стул. Он, обвинитель Саито и защитник Утияма ждут, пока войдут судьи. Один за другим судьи входят в зал и рассаживаются. Ходит слух, что г-н Ода, находясь под стражей в полицейском участке, отказывался говорить. В радикальных изданиях некоторые пишут, что с ним обращались дурно, и эта оценка, вполне возможно, подтверждается плохим самочувствием, внешние приметы какового у него заметны. Однако противники этой оценки поспешили бы возразить, что, вполне возможно, здоровье у него подорвано угрызениями совести. В чем бы ни была причина, мы увидим, продолжит ли он отмалчиваться и на судебном процессе.

Обвинитель и защитник подходят к судьям. Очевидно, что-то обсуждается. Они возвращаются на свои места. Обвинитель излагает свое обвинительное заключение. Ода Сотацу обвиняется в похищении и убийстве одиннадцати человек. Когда зачитываются обвинения, г-н Ода остается безразличен. Костяшки его пальцев не белеют, зрачки не расширяются, он и бровью не ведет. Он совершенно равнодушен.

Ничто, кажется, не трогает его, когда говорит обвинитель Саито, даже когда зачитывается вслух обличающий документ, собственноручно подписанный господином Одой еще до того, как его арестовала полиция. Это признание, но это не признание, должным образом подписанное и заверенное второй подписью, как предписывают правовые нормы. Оно, возможно, доказывает его вину, но может ли оно считаться равносильным подлинному признанию, к которому преступник приходит мало-помалу, – вот вопрос, который со временем прояснится.

Судьи совещаются. Оде Сотацу и защитнику Утияме задают вопрос:

Признает ли Ода Сотацу факты в том виде, в каком они изложены в обвинительном заключении, или станет отрицать их?

Ода Сотацу начинает говорить. Он словно бы вытаскивает слова из каких-то глубин, со дна сознания, ценой колоссальных усилий. Вначале невозможно расслышать, что он говорит. Судья Сибо просит его говорить громче. Ему приходится говорить громче. Он говорит, что не знает о фактах, изложенных в обвинительном заключении, но придерживается признания, которое подписал, в том виде, в каком его подписал.

Судьям этого недостаточно. Его вновь спрашивают о фактах в обвинительном заключении, подготовленном обвинителем Саито: он их признает или отрицает? Г-н Ода повторяется. Он не знает о фактах, изложенных в обвинительном заключении, но придерживается признания, которое подписал, в том виде, в каком его подписал. Г-ну Оде говорят, что он только что выслушал обвинительное заключение. Невозможно счесть, что об обвинительном заключении ему ничего не известно. Его просят просто ответить, признает он или отрицает эти факты. Г-н Ода снова начинает говорить, заявляет, что, хотя он и осведомлен об обвинительном заключении, все же не может ни признать, ни отрицать его, а скорее, со всем почтением к суду, придерживается признания, которое подписал, в той форме, в какой его подписал.

Пока все это длится, защитник Утияма выглядит крайне огорченным, в то же время пытаясь изобразить на лице безразличие. Неужели он не знал, что произойдет то, что произошло?

Судьи объявляют заседание закрытым. На следующий день судебный процесс продолжится.

Репортажи с процесса Оды [Ко Эйдзи]

день второй