Совершенно очевидно, что Ко Эйдзи относился к Оде Сотацу с предубеждением. Пожалуйста, поймите: даже если бы журналист относился к Оде иначе, практически невозможно вообразить, чтобы в те времена он писал статьи с демонстративной непредвзятостью. А я не думаю, что Ко относился к Оде без предубеждения. Полагаю, Ко писал то, что действительно думал. В любом случае, налицо был простой факт: регион Сакаи весь кипел. Мне хочется верить, что, если бы я описывал события одновременно с тем, как они разворачивались, мне удалось бы сохранить беспристрастность и проявить чуть больше милосердия, чем проявил Ко Эйдзи. Вероятно, я зря на себя надеюсь, это лишь самообман. Пожалуй, мы частенько (причем постфактум) критикуем комментарии к боксерским матчам, но – такова незамысловатая правда жизни – комментатор обязан говорить без умолку, даже если ему чего-то не видно, даже если он занял крайне неудачную точку обзора относительно боксеров.

Также я должен отметить, что “Ко” – это псевдоним. Отсылка к одному из принципов игры го: прежде чем совершить ход назад, на конкретный участок игрового поля, за который идет борьба, игрок должен переставить камень на любом другом участке поля. Итак, Ко Эйдзи позиционировал себя как любитель всего заковыристого. Решайте сами, заслуживает ли он имени, которым себя нарек. Кстати, этот репортаж публиковали газеты не только в префектуре Осака, но и по всей Японии.

Репортажи с процесса Оды [Ко Эйдзи]

Набросок к портрету оды сотацу

ода сотацу

Рыбацкий сын Ода Сотацу. Двадцать девять лет. Продукт образовательной системы префектуры Осака. Что у него была за работа? Клерк в прядильно-ниточной индустрии. Прошло несколько недель с тех пор, как он был изолирован от общества. За что конкретно? Он обвиняется в похищении и, возможно, убийстве одиннадцати наших сограждан. Этот молодой человек, этот тихий субъект – по слухам, он даже сознался в преступлениях. А теперь представлю вашему вниманию словесный набросок к портрету Оды, сидящему в зале суда под суровыми взглядами трех судей.

Волосы острижены довольно коротко – возможно, специально ради судебного процесса. По слухам, они были длинные, когда его взяли. Он ерзает на стуле, одетый в дешевенький костюм, про такие костюмы кто-то сказал: “разве что для эшафота”. Роста он небольшого, а его впалые щеки выражают, хотя бы отчасти, ту свирепость, которая должна таиться за его безобидной наружностью. Сильнее всего прочего, то, что больше всего леденит кровь наблюдателю, – отталкивающий холод его глаз. Кажется, ни одна фраза, кто бы ее ни произнес, не трогает его сердце. Он окружен сферой холода, отторгающей любой контакт с людьми. Посмотрим, удастся ли ему сохранить такое выражение лица, когда в финале процесса судьи произнесут приговор.

Репортажи с процесса Оды [Ко Эйдзи]

Набросок к портрету судей: судья Игути; судья Ханда; судья Сибо.

судья игути

Вошел первым. По форме подбородка, очертаниям плеч видно, какой у него сильный характер. Подмечаешь: первым делом Игути вперяет взгляд в г-на Оду и уже не сводит с него глаз, словно ястреб, заметивший мышь. Его многолетний стаж блестящей работы в судебных учреждениях рекомендует его нам с наилучшей стороны.

судья ханда

Судья Ханда – относительно новоиспеченный, но повидал немало трудных и запутанных дел и вынес много судьбоносных и справедливых решений. Известен своим поведением на процессе Мисаки в 1975 году, в то время газеты его превозносили. С тех пор неуклонно продолжает работать добросовестно. Если господин Ода видит благоприятный фактор для себя в том, что судья Ханда относительно молод, то его оптимизму остается лишь подивиться.

судья сибо

Когда обращаешься к читателям из региона Сакаи, описывать этого человека излишне. Благодаря вездесущему присутствию в общественно-политической сфере и щедрости он – превосходный образец для подражания, с которого должны брать пример и наше юношество, и те из нас, кто пока способен меняться к лучшему. Он активно трудится и как университетский профессор, и на своем поприще в суде, его участие очевидно идет на пользу данному судебному процессу. Он высок ростом, известен привычкой при рассмотрении дела держать себя рукой за локоть (как можно было видеть в прошлом году на знаменитом, великолепном рисунке из зала суда, сделанном художником Харуной).

Вряд ли интересы общества можно было бы отстаивать еще удачнее, чем их отстаивают на этом процессе.

Репортажи с процесса Оды [Ко Эйдзи]

Наброски к портретам обвинителя и защитника: обвинитель Саито и защитник Утияма

обвинитель саито