г-н ода:
Я не поэтому пришел сюда поговорить с вами.инт.:
Вы пришли с чем-то другим, о чем хотите поговорить?г-н ода:
Да. Да.инт.:
Что ж, скажите то, что хотите мне сказать. Я готов выслушать все, что вы имеете сказать.г-н ода:
Господин Болл, мой сын был больной. Он был больной всю жизнь. Один раз, в младенчестве, он заболел. Жена это отрицает, но она дура. Как-то он плакал две недели подряд, и у него посинела голова. Он выздоровел, но так и не стал прежним. У него всегда была эта болезнь, в чем бы она ни состояла. Он думал, что все время слышит звон колокольчиков. Это у него было от болезни. Вот почему он постоянно ставил пластинки. Хотел вытеснить его из своей головы.инт.:
Об этом больше никто не упоминает, ни словом.г-н ода:
Не стоит вам слушать других. Это вот что мы говорим, что я вам сейчас говорю, – вот вам кое-что, что вам пригодится. Вот о чем мы говорим.инт.:
Понимаю. Вы уже говорили об этом.г-н ода:
Должно быть, другие не могли это заметить, но я-то всегда. Я всегда мог заметить, что он собирается сделать глупость. Он становился весь синий, такой, каким я его помнил по младенчеству. Как будто его душат, но ничего подобного, и тогда знаешь, просто знаешь: сейчас он сделает то, о чем все пожалеют. И тут он это делал. Конечно, он и прощения никогда не просил потом. Он что-нибудь такое проделывал, вот, например, забывал со мной поздороваться, когда я приходил. Я просто смотрел на него пристально, смотрел и ждал, и чем дольше я смотрел, тем лучше видел, как в нем накапливается это самое. И тогда, вместо того, чтобы сказать хоть что-нибудь, хоть что-то, он просто вскакивал и выбегал за дверь. И Дзиро тоже выбегал. Что бы он ни проделывал, Дзиро проделывал то же самое. Правда, у Дзиро не хватало соображения, а у Оды иногда хватало. Хотя теперь сложно сказать, кто из них хуже кончил.инт.:
Вы сердитесь на Дзиро за какой-то его поступок?г-н ода:
Вы сюда приезжаете, и кажется, будто вы намерены что-то исправить, но либо то, что поломалось, – часть чего-то, чего больше нет, либо вы ничего толкового не делаете с тем, что пока цело. Не знаю, зачем я пришел вести с вами разговоры.инт.:
Пожалуйста, позвольте мне просто задать вам несколько вопросов. Вы как-то сказали, после несчастного случая, когда вы лежали в больнице, вы сказали…г-н ода:
Это выдумка моей жены. В больнице я не лежал. Ничего такого не знаю. Это она такое иногда говорит. С чего только взяла, не знаю.инт.:
Хорошо. Итак… Говорят, что вы запретили всем родным навещать Сотацу и говорить о нем. Что вы сильно рассердились на Сотацу и больше не хотели, чтобы он был членом вашей семьи, что вы четко велели дочери, жене и сыну не разговаривать с ним и не навещать его. Это правда?г-н ода:
Я думаю, вы не… я думаю, я дум…[
Судебный процесс
От интервьюера: Об освещении судебного процесса в газетах
В следующей части я представлю вашему вниманию серию репортажей с процесса Оды, которую тогда перепечатывало множество газет по всей Японии. Их автор, Ко Эйдзи, был известным журналистом и пленял читателей своим своеобычным стилем. Однако во время этого процесса Ко в основном четко разделял факты и их оценки. Всю серию его репортажей я цитировать не стану – приведу лишь выдержки, которых достаточно, чтобы явственно показать, что именно происходило.
Статьи Ко, из которых складывается серия, можно подразделить так:
1. Портреты основных действующих лиц:
а. Ода Сотацу
б. Судья Y.
в. Судья X.
г. Судья Z.
д. Обвинитель W.
ж. Защитник U.
2. Описания эмоциональной атмосферы, в которой проходил процесс
3. Хроника текущих событий:
a) что происходило в зале суда;
б) что примечательного происходило в тюрьме;
в) оглашение приговора, расставание с Одой Сотацу.