Читаем Стихия полностью

Что-то цапнуло меня за руку, выдергивая из оцепенения. Даже не пытаясь придать телу нормальное положение, я дотронулась до левой руки и случайно ухватилась за отрезанный конец троса. Оказалось, что он когда-то успел змеей обмотаться вокруг тела, видимо, пока я панически барахталась и готовилась к смерти. Но, черт подери, что случилось наверху?! Не может быть, чтобы трос обрезали специально, это ведь спасительная операция, а не моя собственная тренировка по управлению фобией! Может, что-то напугало дракона, и он перерезал трос крылом? Они у него вроде бы когтистые. Или очередное нападение?.. Я задрала голову в надежде увидеть хоть что-нибудь, но меня в который раз встретила лишь непроглядная темнота. Черт, почему здесь такая черная вода! Хотя я вообще могла смотреть не вверх, а куда-нибудь вбок, ибо до сих пор никак не могла разобраться со своим положением в пространстве. Так, надо успокоиться. Чем быстрее я вытащу Максима, тем скорее узнаю, что же произошло наверху. Вдох, выдох. Я перестала сопротивляться водным потокам и сосредоточилась, пытаясь разобраться, где верх, а где низ. Медленно, борясь с высокоскоростным вращением воды, приняла вертикальное положение. Расширила оболочку до размеров большого пузыря и, к своему удивлению, села, по-турецки скрестив ноги, пока вода продолжала гонять пузырь по кругу. Размотала потерявший свою значимость трос и уже собиралась его выкинуть, но остановилась: выброшенный во вращающиеся потоки, он будет только мешать, постоянно меня догоняя. К тому же, вдруг он еще пригодится, когда я буду вытаскивать Макса на поверхность? Снова обмотав трос вокруг талии, на этот раз поудобнее, замерла, переводя дух. Так, спокойствие. Я в воронке — и всё еще жива. И моей жизни пока даже ничего не угрожает. Главный враг сейчас — я сама, точнее, моя паника, накатывающая волнами и не позволяющая ясно мыслить. Не поддавайся ей, просто не поддавайся, ведь ты справилась и сделала первый, самый страшный шаг, а теперь дело за малым. Да, я смогу это сделать. Теперь у меня есть силы, и я больше не собираюсь терять любимых людей.

Стремительно вращаясь в стихийной ловушке, я концентрировала Силу, способную противостоять смертоносным потокам. Как же не хватает той мощи, что жила во мне совсем недавно! Так, ладно, предаваться унынию буду потом. Почувствовав спустя неизвестное количество времени — оно здесь словно не существовало — что Стихия бьется внутри меня, готовая выплеснуться огромной волной, прорваться наружу и снести всё на своем пути, я лопнула пузырь и создала другой, поменьше, наподобие шлема. В то же мгновение вода, моя, магическая, не принадлежащая Ашьоле, стала создавать — кто бы мог подумать! — еще одну воронку, обволакивающую меня с ног до головы. Скорость вращения мини-потоков практически не уступала речным, хоть это и требовало от меня работы на пределе возможностей. Резко сменив положение, я устремилась вглубь, превратив свою воронку в огромную дрель, способную прорваться сквозь цепкие объятия воды, замкнутые в кольцо. Ровно плыть не получалось, меня то и дело швыряло в разные стороны, словно ловушка пришла в бешенство от моих попыток сбежать и пыталась поймать меня снова и снова. Каждый раз после таких рывков приходилось снова выравнивать свое положение, и помочь мне в этом могла только вода, ибо органы чувств оказались совершенно бесполезны в непроглядной тьме. Вскоре я сообразила, что такое магическое ориентирование в пространстве тратит слишком много сил, и если я потрачу их сверх меры, то больше не смогу пробивать себе путь сквозь пласты бушующих потоков. Но как еще мне ориентироваться, если повсюду лишь темнота, не дающая ни единой подсказки! Она только давит, давит со всех сторон, словно мне мало водного пресса и страха, снова начинающего подниматься из глубин сознания, куда я его загнала. Продержаться, надо продержаться, это река не бездонна, в самом-то деле!

Внезапно в этой липкой, оглушающей темноте что-то сверкнуло — и погасло. Даже не сверкнуло, а пустило одинокую искру, тут же поглощенную черной водой. Уверенная, что мне не почудилось, направилась туда, где должен был находиться источник этого крошечного огонечка. Как могла, старалась держаться ровно, чтобы меня снова не дернуло в какую-нибудь сторону, иначе я собьюсь с направления — а вдруг огонек больше не появится? Но он снова загорелся, и на этот раз я даже смогла различить цвет — голубой. Что это? Если это Макс подает сигнал бедствия, то чем? Эдайла нас обезоружила. Искорка вспыхнула в третий раз, и теперь уже не погасла — редкие вспышки превратились в слабое голубоватое мерцание. Окрыленная осознанием того, что почти добралась до командира, я что было сил рванула к загадочному источнику света. У меня не закралось даже мысли, что это может оказаться очередной ловушкой, капканом в капкане, я знала, чувствовала сердцем, душой, кожей — Максим там.