Читаем Стеклянные стены полностью

– Вот тут начинается самое интересное. Эссенциалисты – это что-то вроде секты. В девяностые всяких сектантов было как тараканов, но эти особенные. У них упор не на всякие высшие силы, а на науку. Сами себя они называют как-то вроде «люди разума». Они считают, что у человека есть некая эссенция, сущность – что-то вроде души, только по-научному. И если ты врешь или обижаешь кого-то и так далее – ты пачкаешь эссенцию. И наоборот, если никому не делаешь зла – ты ее очищаешь. А если у тебя идеально чистая эссенция, то ты можешь после смерти возродиться: когда ты умираешь, из тебя в специальной лаборатории извлекают эссенцию и потом воссоздают тебя заново, вроде как клонируют. И так до бесконечности. В общем, та же самая религия, только для материалистов, кто не верит в загробную жизнь, и все такое. На практике – обычная тоталитарная секта: они вербуют сторонников, заставляют их сначала расстаться с имуществом, а потом – работать за еду. Ближе к 2000-м за них серьезно взялись: накрыли несколько подпольных фабрик, кого-то посадили, и уже лет пятнадцать как про этих эссенциалистов ни слуху ни духу. Кто-то про них еще помнит: мол, ну да, были какие-то, да сплыли…

– А они не сплыли?

– Да вот и неизвестно. Кажется, просто перестали «светиться». По улицам с брошюрками не бегают, публичных мероприятий для всех желающих не проводят.

– Но им же надо как-то пополнять ряды!

– Они еще в девяностые забирали совсем маленьких детей из детдомов. Наверное, и сейчас этим занимаются…

– Смысл? У них же ни квартир, ни доходов…

– Зато можно воспитать из них покорных рабов, прямо с нуля.

– Короче! – воскликнул Рустам. – Ты хочешь сказать, что Изольда сбежала из такой секты?

– Ага. Помнишь про серый комбинезон? Это их униформа. А лысые дядьки в черных кожаных куртках – это искатели, которые ловят сбежавших сектантов. Это у них маскировка такая, под бандитов, в девяностые годы так каждый второй выглядел. Да и сейчас таких полно, особенно в провинции. Когда видишь – понимаешь, что с таким лучше не связываться…

– Короче!

– Короче, что скажешь?

– Секты – это серьезно. С ними лучше не связываться. С ними, если что, договариваться бесполезно. Они же того. – Рустам поднес руку к виску и сделал характерный жест. – Отморозки.

– Вот именно. Делать-то что будем?

– Если мы до сих пор живы и Изольда жива, значит, не все так плохо. Но надо уезжать, чем скорее, тем лучше. Изольду можно с собой забрать.

– Ага, я уже изо всех сил думаю, куда ее дальше девать.

– Только пусть она сначала всем все расскажет.

Славка и Изольда, как обычно, приготовили завтрак. Кажется, ночью они не скучали.

Данил и Мила появились вдвоем. Данил был очень услужлив: отодвигал для девушки стул, накладывал ей кашу. Мила позволяла за собой ухаживать, на Данила не смотрела. Вид у нее был отрешенный.

Последними в кухню вошли Света и Рустам.

– Так, Изя, карты на стол, – заявила Света вместо приветствия.

Изольда, которая уже поднесла ложку ко рту, закрыла рот, а ложку воткнула обратно в кашу. Приподняла брови: продолжай, мол.

– Расскажи нам про эссенцию! – потребовала Света.

Изольда молчала.

– Я знаю, откуда ты! – Света решила выложить все козыри сразу. – Я видела твой комбинезон! Еще я видела Беню и еще одного… короче, искателей, они тебя ищут. Прости за тавтологию… – Она усмехнулась.

– Эссенция? Я слышал от тебя это слово! – Славка смотрел то на Изольду, то на Свету. – Вы что-то знаете?..

– Мы все знаем! – торжествующе вскричала Света. – Ну что молчишь, что молчишь?

– Думаю, с чего начать, – спокойно ответила Изольда. – И стоит ли вообще, раз вы все знаете.

– Я вот ничего не знаю! – воскликнул Славка. – Расскажи все с самого начала! По-моему, уже пора!

– С самого начала – это долго. Но мы, с другой стороны, никуда не торопимся, правильно?.. – Изольда задумчиво пошлепала себя пальцем по губам. – Да, наверное, надо с самого начала.

Викусик сидит на полу в коридоре, обхватив ноги руками, уткнувшись подбородком в колени.

Все проходят мимо. Я сажусь рядом с ней.

Она не замечает моего присутствия.

Что с ней случилось – не знаю. Наверное, лучше мне и не знать.

Дима стоит рядом и растерянно смотрит на нас. Я одними глазами приказываю ему идти дальше. Он подчиняется.

– Вика… – Я трогаю ее за плечо. Реакции ноль.

– Наставник, очнитесь! – строго говорю я.

Она вздрагивает и впервые обращает на меня внимание.

На меня смотрят ее пустые глаза – точнее сказать, опустошенные. Викусик более всего похожа на человеческую оболочку, из которой вынули самого человека, но она почему-то все еще двигается и говорит.

– А, это ты… – произносит она. – Ян, я хочу уйти отсюда.

– Мы не уйдем отсюда, пока не уничтожим это место.

– Как? – спрашивает она.

– Я видел эту девушку, с которой ты познакомилась в карцере. Она знает как. И мы это сделаем. Обещаю. И тебя больше никто не обидит.

– Ян, ты хороший… – произносит Викусик. В ее взгляде вновь проблескивает жизнь.

– Завтра надо будет отыскать ее на утреннем Резонансе. А потом начнем действовать. И победим. Потому что мы с тобой очень сильные.