Андрей Кузечкин

Стеклянные стены

Пролог 1

Прохладный сентябрьский день. Проселочная дорога. Кирпичная коробка автобусной остановки. Чуть в стороне – коробка чуть побольше: магазин.

По обочине шагает парень лет двадцати. Капюшон потрепанной толстовки надвинут на глаза. На груди – рисунок в виде черепа, как у Карателя, героя фильмов и комиксов. За спиной – небольшой рюкзак. Руки в карманах.

Парень заходит в магазин. Долго рассматривает бутылки с пивом в холодильном шкафу. Миниатюрная моложавая продавщица с родинкой над губой смотрит на него с интересом, но первой разговор не начинает.

Наконец посетитель делает выбор и выкладывает мелочь на блюдце. Просит у продавщицы открывалку.

Напротив магазина останавливается легковой автомобиль. Из него выходит мускулистый, коротко стриженный мужчина в футболке без рукавов. На предплечьях татуировки: на правом – голова китайского дракона, на левом – хвост. Очевидно, что тело дракона спрятано под футболкой.

Парень в толстовке делает шаг назад, чтобы не мешать мужчине. Тот подходит к прилавку вплотную.

– Леночка, будь добра: бутылку воды без газа.

– Уезжаете, Геннадий? – спрашивает продавщица и, почти не глядя, достает с полки позади нее нужную бутылку.

– Уезжаю.

– Все, с концами?

– Да, теперь до будущего лета.

– Будем ждать!

Никаких покровительственных интонаций в голосе мужчины, никакого заискивания в голосе женщины. Короткий обмен репликами двух людей, давно знающих друг друга.

Геннадий выходит из магазина. Парень кладет открывалку на старый деревянный прилавок и шагает следом.

Геннадий ступает на асфальт, направляясь к своей машине, и едва не попадает под колеса серебристого джипа, который несется с бешеной скоростью. Он успевает отпрыгнуть назад, спотыкается и падает в пыль возле крыльца магазина.

Смотрит вслед умчавшемуся джипу. Поворачивает голову в сторону парня, стоящего на крыльце, и, с улыбкой качая головой, произносит:

– Вот сумасшедший!

После чего встает как ни в чем не бывало, отряхивается и шагает к автомобилю. Должно быть, этого человека трудно вывести из себя.

Через минуту парень возвращается в магазин.

– А мне еще жвачку дайте, – просит он. Помявшись, добавляет: – Прикольная татуха у мужика?

– Да, Геннадий по этой теме. Восточная философия, эзотерика, йога, – охотно поддается на провокацию скучающая продавщица.

– А боевые искусства?

– А что, не видно по нему? – По голосу продавщицы понятно, что она гордится знакомством с этим человеком.

– Видно. А ученики ему не нужны?

Женщина понимающе улыбается:

– А может, и нужны. Спросил бы, пока был шанс!

– Да че-то не успел. И как теперь его поймать?

– Я его номера не знаю. И фамилию не помню. Геннадий – и Геннадий. – Она смеется. – Через год, летом приезжай!

– Куда приезжать-то?

– Да там, на окраине, дом стоит, через речку. Не ошибешься: он там один. Геннадий нарочно построил подальше от всех. Уединение любит. Философ! – Последнее слово продавщица произносит с уважением, а потом обычным тоном добавляет: – Каждое лето сюда приезжают, примерно в середине июня.

– Приезжают?

– Их двое: Геннадий и сын Славка. Мамы у них вроде нет.

Парень благодарит и выходит прочь.

Пролог 2

Никита всегда приходит без приглашения.

Если звонит три раза, короткой очередью, – просто шел мимо и решил заглянуть.

Один длинный звонок – у него что-то случилось, срочно нужна ходячая жилетка.

А если как сейчас, суматошный трезвон до победного, пока я не открою, то Никита опять что-то решил за меня – и примчался, чтобы сообщить об этом. Мне останется лишь смириться.

Этот человек искренне считает себя моим другом и покровителем. Я почему-то его не разубеждаю.

– Привет, Ян! – Никита хитро смотрит на меня. – Чем занимаешься завтра?

– Чем и всегда. Давай короче. – Я его знаю. Сейчас будет долго меня интриговать, а мне бы хотелось свести все прелюдии к минимуму.

– Да, я знаю, чем ты будешь заниматься завтра, и послезавтра, и еще через день. Я хочу предложить тебе хотя бы в последнюю неделю лета оторваться как следует.

– Предложить? То есть у меня есть выбор? – Я б, конечно, обрадовался, но это Никита. Он никогда не дает мне выбора.

Никита смеется.

– Короче, – говорю я, – просто скажи, куда ты меня тащишь на этот раз.

– Это сюрприз. Это такой сюрприз, что ты лопнешь!

Он, кажется, сейчас сам лопнет от счастья.

– Едем на всю неделю? Мне начинать рюкзак собирать?

– Никаких рюкзаков. С собой можешь вообще ничего не брать, кроме себя самого.

– Кто еще поедет? – И на этот вопрос я знал ответ заранее.

– Викусик, конечно же… – Он таинственно замолкает.

– И?

– И… и Эви!

Я так и думал.

Эви. Эвелина. Страшная подружка Викусика, новой девушки Никиты.

А я – его «страшная подружка». Значит, нас с Эви надо обязательно случить. Чтобы мы гуляли вчетвером. И эти двое смотрели на нас и умилялись, как владельцы двух комнатных собачек.

Хочется плюнуть и послать его куда подальше. Спокойно, Яник, спокойно… Так моя матушка говорила и до сих пор говорит. А если ее нет рядом – вспоминаю ее вкрадчивый голос, и сразу становится легче.

– А если я откажусь? – спрашиваю я.