Солидаризуясь с героической борьбой народов СССР против фашистских захватчиков, разоблачая людоедские планы гитлеровцев в отношении славянского и еврейского народов, авторы журнала не прекращали жесткой и принципиальной критики сталинского режима и искренне питали надежду на то, что после победы над фашизмом на их Родине произойдут подлинно демократические перемены и народы Советского Союза получат возможность избавиться от большевистской диктатуры.

Вместе с тем в журнальных публикациях, особенно к концу войны, неоднократно высказывалась мысль, что Сталин не упустит случая воспользоваться победой для укрепления своей диктатуры, что он может предпринять новые попытки распространить свою власть на соседние государства и что демократия в Европе в таком случае вновь окажется под угрозой. Но все же главную опасность для мира, свободы и демократии авторы журнальных статей видели в фашизме, против которого они и призывали объединить усилия всех демократических стран и всех народов.

Для современного читателя журнал «За свободу» интересен ещё и тем, что он убедительно опровергает стереотипы большевистской пропаганды о позиции наших зарубежных соотечественников в годы Великой Отечественной войны.

Большинство из них оставались российскими патриотами, искренне беспокоились о судьбе своей Родины, мечтали о её свободном, демократическом развитии и были глубоко убеждены, что грядущие перемены в стране не будут навязаны извне, а явятся массовым творчеством российского народа, сбросившим с себя оковы диктатуры. Они не переставали верить, что это время неумолимо наступит.

Для того чтобы лучше представить позиции эсеровской партии в годы Великой Отечественной войны, достаточно обратиться к статье «Сталинград», опубликованной в журнале «За свободу» в 1943 г. Её автор — лидер и теоретик партии социалистов-революционеров, наш великий земляк Виктор Михайлович Чернов.

В США В. М. Чернов прибыл в июне 1941 г. — с помощью друзей и с риском для жизни ему удалось выбраться из оккупированной фашистами Франции. В то время ему было без малого 68 лет, и он перенёс несколько хирургических операций. Но, прибыв в Нью-Йорк, он с головой окунулся в работу местной эсеровской группы, стал членом редколлегии журнала «За свободу», выступал с лекциями и докладами в разных городах США. К тому же, как показывают архивные материалы, хранящиеся в Гуверовском институте войны, революции и мира (Стэнфордский университет, Калифор-,ния), в Америке В. М. Чернов усиленно занимался изучением истории России — он проштудировал огромное количество источников и литературы по отечественной истории.

Глубокое знание истории своей Родины, российских национальных традиций и народного духа нашло отражение в предлагаемой статье. В героизме и самоотверженности, проявленных народами Советского Союза в годы Великой Отечественной войны, Виктор Михайлович видел продолжение лучших народных традиций, сложившихся еще во времена Древней Руси. Статья свидетельствует не только о большой эрудиции и публицистическом даре её автора, но и о его горячей, трепетной любви к своей Родине.

А волжский город Сталинград был особенно близок и дорог для В. М. Чернова, родившегося и выросшего на великой русской реке Волге.

В. М. Чернов

СТАЛИНГРАД

Сталинград! Это имя собственное давно уже превратилось в слово-символ.

Самый корень этого слова — сталь — как нельзя более идет к этому городу-центру сталелитейной, оборонной промышленности низового Поволжья. Но этот город, кующий сталь, сам оказался словно вылит из стали. В нем воплощена стальная воля русского народа к сопротивлению. Опираясь на такой город, можно сказать незабываемыми словами защитников Мадрида: «No passeran! Здесь они не пройдут!»[21]

Сталинград… Не скроем: мы предпочли бы начертание — Стале-град. Нам не кажется делом хорошего вкуса наименование — а тем более переименование людьми власти в свою собственную честь целых городов, совсем не им обязанных своим существованием. И вообще: ну, зачем торопиться с постановкой себе прижизненных памятников? Предоставим уж это лучше «благодарному потомству», когда нас не будет и для нас настанет время ничем не стесненной исторической оценки. Всякое иное поведение было бы суетностью. Но, в конце концов, что нам сейчас до этого! «Человеческое, слишком человеческое» иногда берет свое. И какая же это мелочь в сравнении с величием событий и с величием духа, проявляемым здесь, в Сталинграде, изо дня в день — не каким-нибудь героем полководцем, а героической массой рядовых русских людей, в которых мужество отчаяния, познав свою мощь, перерождается в мужество веры: новой веры в себя и в победу!