Читаем Стальная бабочка полностью

– Это большой вопрос. А вот нам точно скоро дадут. Без вопросов. Боезапас на исходе, противник бросил в бой тяжелые резервы, отступать некуда. Есть мысли?

– Вариант сдачи в плен не рассматриваем?

– Исключено.

– Тогда… дай подумать.

– Думай, Борис. Только не дольше минуты. Это все, что у нас есть.

Сайрус не давал Марко Нубису, военному коменданту поселка Реццо, команды вскрыть вентиляционные шахты и атаковать мароманнских штурмовиков, уходящих из Терраполиса по «не существовавшим, но вдруг появившимся» тоннелям. Рем только обрисовал в двух словах ситуацию и запросил оперативные данные – видит ли комендант что-то необычное на своем участке? Все, что случилось в тоннелях дальше, было собственной инициативой Нубиса. Значит, и вся ответственность за потери (а Марко оставил в подземелье половину личного состава и почти всех биоников, приписанных к его комендатуре) лежала на Нубисе. Но в целом инициатива Марко была Сайрусу на руку. По результатам стычки в тоннеле он сделал несколько важных выводов.

Первый – что мароманны идут за вильдерами, как и хотелось Рему. Второй – между штурмовиками и диверсантами нет взаимопонимания, что тоже радовало, ведь поодиночке уничтожить их будет проще. И третий – командует вражеской группой знаменитый Макс Хауэр. Его опознала система контроля в порту, и Нубис эти сведения подтвердил. Это обстоятельство несколько осложняло задачу, но Сайрус справедливо решил, что любых, даже самых стойких воинов можно задавить массой. Даже если во главе их отряда стоит царь Леонид. В легенде о трех сотнях спартанцев, правда, все решила не масса, а хитрость. Но кто сказал, что диверсант Сайрус Рем не способен перехитрить дуболома-штурмовика Хауэра? Производители синтетических паразитов, которые вживляются мароманнам и якобы удваивают возможности человеческого мозга? Допустим, «технические» возможности они удваивают, но смекалки-то не добавляют.

Какие еще специалисты ставят Хауэра выше Сайруса Рема? Составители рейтингов в «независимых» инфопотоках? Предателям, маргиналам и жадным моральным уродам, которые формировали эти потоки, интересны только деньги. Они зарабатывали свои капиталы на всяческих прогнозах, ставках и биржевых спекуляциях. В том числе на спекуляциях рейтингами известных имен. В первую очередь – имен знаменитых воинов, корсаров и прочих людей с оружием. С точки зрения кадровых военных, ставить военнослужащих в один ряд с пиратами неправильно и даже оскорбительно, но маклеры плевали на мнение «товара». Беспринципные спекулянты следили за карьерами воинов, делали ставки на их победы, как на результаты каких-нибудь игр, и всю эту смаглерскую сволочь ничуть не интересовало, на чьей стороне правда. По крайней мере, ставки «правда» не повышала.

Но даже если принимать в расчет мнение этих проходимцев, Хауэр сегодня находился примерно на одной строчке с Сайрусом во всех котировках. Сверху обоих придавливали сразу три сайтенских человека-мясорубки, а снизу подпирал один весьма ловкий смаглер, в прошлом соотечественник Сайруса, а ныне удачливый контрабандист и пират. Рем отслеживал такие вещи тщательно, со всем старанием честолюбивого тактика. Но все равно Хауэр – только штурмовик! Сайрус просто обязан оказаться умнее и хитрее в очной схватке. Помимо морального удовлетворения это могло принести резкий скачок личного рейтинга, и, кроме всего прочего, Сайрус мог наконец-то сам прилично заработать на том, что приносило огромную прибыль другим – этим паразитам, сосущим прибыль из войны в целом и из имени Сайруса в частности.

У него пока не возникло толковых мыслей насчет военной хитрости, которая гарантирует победу, но ведь до сих пор и не было повода об этом задуматься. Хауэр только-только высунулся из подземелий и пока, если честно, не впечатлил. Да, его воины и роботы удачно рассредоточились и за счет активного маневра до сих пор умудрялись не только отбиваться от превосходящих в десять раз сил дактианцев, а буквально мотать им кишки на кулак.

Реакция у роботов и киборгов, которыми фактически являлись мароманны, отменная, усталость им неведома, пока в аккумуляторах имелась энергия, а пробить их броню удавалось только стальными иглами или плевками драконьей псевдоплазмы. Но от тяжелых игл у винтовок-иглометов перегревались глотки, а применять «драконов» в лесу было опасно, существовал риск устроить большой пожар и спалить вместе с врагами своих же бойцов.

Будь лес в этих местах хотя бы немного пореже, Сайрус бросил бы в бой пикирующих авиоников и пилотируемых боевых летунов, но деревья здесь росли часто, а кроны местами вообще сплетались в зеленые крыши. Так что авиацию Сайрус приберегал на случай, если придется атаковать на открытой местности. Или же до момента, когда наземные бойцы все-таки расчистят поле боя от зелени.